Чэнь Яньши на учредительном собрании сделал разъяснение, что он не вошел в акционеры, а оказал принципиальную поддержку. Будет убыток – ничего, потом дела пойдут в гору, компания заработает денег, и сумма вернется обратно. Чжэн Сипо заявил, что деньги, отложенные на свадьбу сына, он взял для пополнения уставного капитала, но до миллиона всё еще не хватает восьмидесяти тысяч, и он надеется, что пайщики соберут еще. Он не знал, что в это время уже подошли почтенный Ма и бухгалтер Ю – каждый хотел внести пай. Старина Ма внес сто пятьдесят тысяч, бухгалтер Ю – сто двадцать. А вот это уже по-настоящему весомо! Поднялась волна энтузиазма среди старых акционеров – и речь пошла уже о сумме не в один миллион. В тот день объем внесенного акционерного капитала превысил три миллиона. После этого многие работники продолжили вносить свои паи, и в конце концов, вопреки всем сомнениям, объем акционерного капитала приблизился к девяти миллионам. Это превзошло самые смелые ожидания Чжэн Сипо и Чэнь Яньши. В таких условиях и произошло естественное распределение ролей: прежний председатель профсоюзного комитета, поэт Чжэн Сипо, стал председателем правления компании, почтенный Ма – генеральным директором, бухгалтер Ю – финансовым директором.
Этот незабываемый день превратился в праздник – необыкновенное волнение и воодушевление охватили пайщиков!
Однако непредвиденное тоже произошло. Вернувшись домой, Чжэн Сипо неожиданно обнаружил на двери большой красный иероглиф «двойное счастье». Он протер глаза: это еще что за дела? Ошибся дверью? Однако дверь отворилась и вышли его сын Чжэн Шэнли и Баобао, наряженные женихом и невестой, а за ними в комнате виднелся стол, уставленный праздничными яствами.
Сын, со счастливой улыбкой во всё лицо, потянул отца за руку, громко объявив:
– Пап, мы поженились!
Чжэн Сипо не мог этому поверить:
– Правда? Шэнли, ты не шутишь?
Сын показал ему свидетельство о браке:
– Почтенный отец, взгляните, пожалуйста! Может ли правительство выдавать шутейные свидетельства?
Чжэн Сипо, взяв свидетельство о браке, взглянул одним глазком; оставалось лишь признать, что это не розыгрыш:
– Хорошо, поздравляю с двумя радостными событиями, совместно и отпразднуем!
Сын удивился:
– Мы поженились, а у тебя что за радостное событие?
Чжэн Сипо похвастался:
– Вам тоже нужно это отпраздновать: я стал председателем правления новой фабрики «Дафэн»!
Сын как раз поднес бокал ко рту, но при этих словах всё выплеснулось наружу:
– Ух ты! Так ты стал председателем правления?
Чжэн Сипо пристально посмотрел на сына:
– Почему ты так говоришь? Я что, не могу быть председателем правления? И мы – это совсем не то, что твоя фирма, мы – серьезная компания с акционерным капиталом около десяти миллионов…
Он сел за стол, сам себе наливая и закусывая. Молодое вино пилось на одном дыхании. Однако сын перевел разговор на более важную для него тему:
– Ладно, ладно, не будем говорить об этом. Пап, старая поговорка гласит: финансовые вопросы должны решаться четко даже между родными братьями, не так ли? Между родными отцом и сыном то же самое! Я даю тебе свидетельство о браке, а ты мне – карту на двести тысяч. Деньги я получаю на основании документа!
Но где теперь Чжэн Сипо мог взять такую сумму? Отпив вина и глядя на сына, он моргал глазами:
– Эх, я и не думал, что вы так стремительно поженитесь, и потому инвестировал те двести тысяч. Я же совещался с вами об этом деле несколько дней назад.
Сын закричал:
– Папа, я не думал, что ты такой обманщик!
Недовольная сноха Баобао тоже воскликнула:
– Именно так, была же договоренность: деньги против документа!
Чжэн Сипо оставалось лишь выдумывать:
– Твоя мать явилась мне во сне и сбила меня с толку, мол, никак нельзя не инвестировать!
У сына появилось такое выражение лица, будто он и рыдал, и смеялся одновременно:
– Баобао, ты посмотри на этого старого товарища! Он что, обманывает трехлетнего ребенка?! Товарищ Сипо, я скажу тебе: ты именно обманываешь, но обман твой неумелый.
Провозглашенный обманщиком Чжэн Сипо с серьезным видом продолжал говорить:
– Твоя мама верила в Будду, она не могла смотреть, как ее товарищи по работе испытывают трудности. Говорю тебе, свояченица Чэнь, получив двадцать тысяч пособия на оплату жилья, пришла ко мне, рыдая. Ее муж скончался, сын в начальной школе, дочь в средней школе, если не будет новой фирмы, у нее не будет источников к существованию, двое детей в школе – как быть-то? А еще есть дядюшка Ван, дядюшка Линь…
Чжэн Сипо не вдавался больше в подробности; выпив и охмелев, он рукавом вытер рот и, вытащив свидетельство о паевом взносе в уставный капитал новой «Дафэн», аккуратно положил на стол:
– Посмотри, это свидетельство нашей семьи о паевом взносе в уставный капитал новой фабрики, в общей сложности двести пятьдесят тысяч, в том числе пятьдесят тысяч – это мое пособие на переезд. Шэнли, Баобао, это свидетельство получаете вы, все права на акции – у вас, прибыль тоже ваша! Так годится?
Баобао, повеселев, не удержалась и, растянув рот в улыбке, вздохнула: