– Я смотрю у тебя с «чистыми» совет да любовь? – заметил Захар. Происходящее всё больше запутывалось, и ему, кровь из носа, необходимо выяснить, что здесь происходит. А для этого хорошо бы дожить до конца разговора. Вслед за приготовившейся к драке лучницей, он принялся стягивать в район солнечного сплетения силу Ладара.
– У меня со всеми любовь, – издевательски рассмеялся Леонид. – С чёрными, белыми и серыми. Только Караганда что-то обиделся, но, думаю, это дело наживное. Я ж незаменимый, всем готов помочь. – Внезапно он подмигнул светлой. – И за услуги плачу щедро.
– Зачем тебе понадобилось убивать Вивисектора? – спросил Захар угрюмо. Держать собранную энергию под контролем оказалось неожиданно тяжело. Словно рядом находился источник сильных возмущений.
– Да уж больно человек он был дрянной, – расхохотался оборотень. – Ну и, само собой, умел много, а знал ещё больше. Зачем такой мерзавец Детям или, скажем, вам? Вот и я подумал, что не нужен. А церковники меня поддержали. Особенно когда пообещал передать им описания некоторых боевых техник жрецов Мёртвых богов. Мне они без надобности, а людям пригодятся.
– Добренький, значит…
– Добренький? – Леонид не на шутку оскорбился. – Я эгоист до мозга костей. И выше ваших дрязг. Тёмные, светлые, серо-буро-малиновые… Какая мне разница? Есть я и только я. Пока людишки грызутся между собой, я поднимаюсь к вершинам своего величия.
– Эгоист? А по-моему ты просто шкура, – процедил Захар. Как-то очень ярко ему вспомнились и убитая ведьма, и принесённые в жертву девушки. Каждый в той или иной степени печётся о своём благе, но не каждый строит своё благополучие на крови других.
– Э, да перед кем я распинаюсь. Вот Кардинал ваш, тот бы меня понял. Мы с ним одного поля ягоды. Просто кости легли так, что он стал Сноходцем, а я – оборотнем. Он жаждет властвовать над людьми, а мне на людей плевать. Вот и вся разница.
– Я и говорю – шкура, – с мрачным удовлетворением повторил Захар. – Одного не пойму, к чему ты передо мной так распинаешься.
Леонид в очередной раз расхохотался.
– Почему-то мне кажется, что мой ответ тебе не понравится.
От тёмного Перевёртыша вдруг пахнуло смертью и могильной гнилью, заставив Захара отскочить на один шаг и сжать в тиски воли с таким трудом собранную энергию.
– Я разговариваю сейчас с тобой по той же причине, почему отпустил мальчишку с тайными знаниями боевых магов. Мне это выгодно. Только в случае со светлыми я хочу, чтобы вы все не поубивали друг друга раньше времени и в городе как можно дольше оставалось несколько мощных группировок. Насчёт тебя же у меня другие планы…
– Да, и какие же?
– Надеюсь, ты станешь моим личным врагом, – оскалился Леонид. – Сам понимаешь, тяжело быть на пике силы, когда в спину не дышат соперники. Рано или поздно расслабишься, начнёшь филонить и, в конце концов, сдохнешь от руки более целеустремлённого негодяя. Без личного врага никак нельзя.
От логики Леонида веяло самым настоящим безумием. У Захара аж волосы на затылке зашевелились. До того он даже не предполагал насколько сильно Тьма выворачивает мозги своим адептам. Внутри разлилось острое чувство брезгливости, возникло желание оказаться подальше от опасного сумасшедшего.
Захар задумчиво посмотрел на лучницу, почему-то оставшуюся с ними и до сих пор целившуюся в Леонида. В глаза бросились странно расширенные зрачки девушки, обильная испарина на лбу, заметное глазу подрагивание мышц. Страшно сказать, но она уже сколько времени стоит с оттянутой до самого уха тетивой. И молчит как рыба.
Что-то не так!
Захар посмотрел более внимательно и почти сразу заметил густую, почти чёрную тень, протянувшуюся от Леонида к «чистой». Она опутывала девушку с ног до головы на манер верёвки и явно носила магический характер. Он не заметил, как у него под носом заколдовали человека?!
– Мда, следопыт из тебя аховый, – усмехнулся Леонид, от которого не укрылся ход мыслей коллеги. – Видимо не хочешь развиваться, раз топчешься на одном месте… Ну так у меня есть отличный способ подстегнуть твои желания. Знаешь ли, ненависть – отличный стимул для самосовершенствования.
С этими словами Леонид крутанул левой кистью, заставив свою тень раздвоиться и накинуться на Захара.
Тот даже выругаться не успел. По телу словно пробежал разряд тока, за тем лишь отличием, что моментально окаменевшие мышцы лучше стальных тисков зафиксировали тело. Он превратился в статую. Живую, ощущающую боль, страх, гнев и ярость, но всё-таки статую.
Тем временем Леонид с мерзкой ухмылкой приблизился к девушке и с показной нежностью провёл по её щеке тыльной стороной ладони. Мука в глазах светлой стала просто нестерпимой, она даже попыталась что-то сказать, но сил едва хватило пошевелить губами. Бесполезно. Даже муха в сетях паука имеет больше свободы, чем жертвы тёмного Перевёртыша. А того попытки борьбы лишь веселили. Леонид снова погладил лучницу, после чего с предвкушением заглянул в глаза Ненахова и… одним движением сломал девушке шею.
