В тот день в 10.43 утра мы с Тревором отправились в Специальный отдел на третьем этаже участка КПО в Каслри. Я постучал в дверь кабинета, прежде чем войти. Я собирался не давать этим мальчикам абсолютно никакого повода для жалоб. Мы столкнулись с тем, что я привык называть «обычными подозреваемыми». Было одно заметное исключение: детектив-инспектор, к которому я испытывал большое уважение. Он был моим товарищем по отделению. Мы вместе вступили в КПО в «Кровавое воскресенье». Он также служил вместе со мной в форме в полицейском участке в Ньютаунабби. Он был очень порядочным человеком, и я был благодарен, что он присутствовал. Он, конечно, не пошевелился бы, чтобы причинить мне какой-либо вред или неправильно процитировать меня. Но он практически не имел права голоса в том, что произойдет с Барреттом. У меня уже было столько хлопот, сколько я мог вынести от остальных присутствующих.
Мы провели полный брифинг в связи с тем, что сказал Барретт и каковы, по его утверждению, были его намерения. Эти парни просто смотрели друг на друга. Я оторвался от своих записей и обнаружил, что они подмигивают и подталкивают друг друга локтями, как будто общаются на каком-то своем безмолвном языке. Я хотел покончить с этим так быстро, как только мог. Мне не нравилось проводить слишком много времени в присутствии этих дураков.
Когда я им докладывал, они по-детски старались изо всех сил дать мне понять, что это никого не интересует. Вопросов не было. Нам не было сделано никаких замечаний по поводу того, что Барретт настаивал на исключении Специального отдела. Мне это показалось очень странным. Что-то было не так. Они уже решили, как справиться с этой проблемой, задолго до того, как я прибыл, чтобы провести для них доклад. На самом деле, позже стало ясно, что в нашем брифинге не было необходимости. Они уже имели возможность ознакомиться с докладом старших офицеров уголовного розыска.
Я не успел замолчать на достаточное время, чтобы перевести дух, как вмешался присутствовавший детектив Специального отдела.
— Спасибо за это, Джонти. Теперь вот как мы с этим справимся, — сказал он.
Офицер поддерживал связь с Тактической координационной группой (ТКГ). Он рассказал об обеспечении безопасности с помощью живой силы, огнестрельного оружия и транспортных средств которые будут развернуты для прикрытия этой встречи с источником. Лично я думал, что это было чересчур, но мне пришлось склониться перед их опытом. Они допускали любые варианты развития событий, включая «иудину» засаду на нашу машину Барреттом или его дружками из БСО.
Я слушал, как детектив-инспектор подробно излагал строгие меры безопасности. Затем последовал итог.
— Джонти, ты и Сэм поедете вместе в специальной машине отделения, чтобы забрать Барретта. Сэм будет использовать скрытый магнитофон для записи разговоров, которые происходят на протяжении всей встречи. У вас есть какие-нибудь проблемы с этим? — спросил он.
— Совсем нет, — ответил я.
На самом деле, у меня действительно была проблема. Я не согласился с тем, что он выбрал констебля Особого отдела, чтобы тот поехал со мной за Кеном Барреттом. Сэм (не настоящее его имя) и я прошли долгий путь в прошлом. Мы никогда раньше ни в чем не сходились во взглядах. Он олицетворял все, что я презирал в некоторых офицерах Особого отдела. Он был так преисполнен чувства собственной важности и так поглощен своими тщетными попытками «свести счеты» с Тревором и мной, что не видел леса за деревьями. Он рассматривал отдел уголовного розыска не как потенциальную выгоду для себя, а как противника. Но, нравилось нам это или нет, Сэм должен был сопровождать меня на этой решающей первой встрече с Кеном Барреттом. Я абсолютно ничего не мог сделать или сказать, чтобы изменить это.
У меня был только один вопрос к детективу-инспектору Специального отдела, прежде чем мы завершим нашу встречу. Мне не терпелось посмотреть, как он справится с этой маленькой жемчужиной. Я думал, он пропустил это во время нашего брифинга.
— Барретт ясно дал понять, что не хочет иметь никакого отношения к Специальному отделу. Как мне объяснить присутствие Сэма? — спросил я.
— Просто, — ответил детектив-инспектор, не теряя ни секунды. — Скажи ему, что Сэм — связующее звено с наличными в штаб-квартире. Насколько известно Барретту, Сэм — офицер уголовного розыска из штаб-квартиры.
Я кивнул. Это было хорошо. Это было вдохновенно. Тот, кто инструктировал этих ребят до меня, предусмотрел все. Офицеры Специального отдела встали, и мы все приготовились покинуть брифинг.
