Во тьме полностью

— Раньше она стояла на огромном бетонном постаменте посреди университетского двора, — попутно рассказывал он, внимательно изучая пьедестал, ноги лошади, ее живот и бока. — Постамент на какое-то время оставили, наверное, рассчитывали водрузить на смену Безумному Коню новую статую. Вся беда в том, что никак не удавалось придумать что-нибудь такое, что не таило бы в себе потенциальной угрозы политических осложнений. А, как ты понимаешь, существует немало активистов как в университете, так и в городе, которым всегда что-то не так. Поэтому, когда поступило предложение убрать бетонный блок и посадить в том месте дерево, все согласились. Теперь на месте Безумного Коня растет секвойя.

Он выпрямился и запрокинул голову.

— Не сойти мне с этого места, конверт где-то там, наверху. Может, прямо на макушке у вождя.

— Я бы не удивилась, — согласилась Джейн.

— Ладно, устраивайся поудобнее, а я…

— Нет, нет. Если кто и должен лезть на статую, так это я. Поиграть пригласили меня, если помнишь.

— Да, но…

— Ты можешь тоже залезть, если желаешь. Но я хочу первой.

— Хорошо.

Неожиданно Джейн разозлилась на себя — определенно она была с ним слишком резкой.

— Пойми, я просто не хочу взваливать на тебя всю самую трудную работу. Это будет несправедливо.

— Вот и славно. Мне самому не очень хотелось лезть наверх. От высоты у меня кружится голова. — Он протянул руку и легонько сжал ей плечо.

— Поосторожнее, ладно?

— Не беспокойся, не упаду.

— Рад, что ты так уверена в себе.

— Э, а как ты думаешь, почему меня назвали Джейн?

— Почему?

— Тарзан, Джейн, Эдгар Райс Берроуз?

— Так это в честь той Джейн?

— Конечно.

Брейс засмеялся:

— Ну, если так…

— Я всю свою жизнь лазила по деревьям и раскачивалась на лианах.

— Ладно, если ты так говоришь.

— Ты мне веришь или нет?

— Конечно.

— Так веришь?

— Да.

— У-у-у! Какой ты легковерный.

— Так, может, лучше мне полезть?

— Нет. Я серьезно. Сама заберусь наверх и найду конверт. Во всяком случае, попытаюсь. А ты постой на подхвате на случай, если я начну падать.

— Джейн никогда бы не упала, разве нет?

— Эта Джейн может.

Она подошла к лошади сзади, взошла на пьедестал и потянулась к хвосту. Но даже поднявшись на цыпочках, Джейн лишь кончиками пальцев дотянулась до его прохладной бронзы. Тогда она подпрыгнула и, ухватившись за хвост, стала подтягиваться.

— Сейчас подсажу, — сказал Брейс и, не дожидаясь согласия, зашел сзади, крепко обхватил за бедра и приподнял.

Отпустив хвост, Джейн изогнулась и прижалась к крупу лошади. Затем перекинула руку через торчавшую назад полу набедренной повязки вождя и, ухватившись, произнесла, переводя дыхание:

— Готово.

Брейс отпустил бедра, и она закинула вверх левую ногу.

Прекрасная возможность заглянуть мне под юбку.

«Слишком темно, — успокоила она себя. — Ничего не увидит.

А если и увидит, то совсем немного».

Тяжело дыша, Джейн, держась за выступ набедренной повязки и укоряя себя за столь несвоевременную стыдливость, с большими потугами наконец оседлала коня.

— Как там, наверху? — прошептал Брейс.

«Как в шпагате», — подумала она, но вслух сказала:

— Кажется, нормально.

Некоторое время Джейн сидела в этой неудобной позе, переводя дыхание. Лицо покрылось испариной. Хотя статуя под ней была прохладной, блузка насквозь промокла от пота и липла к телу.

Через несколько минут она свела ноги, приподнялась и на коленях поползла вперед, пока пола набедренной повязки не оказалась у нее между ног под юбкой. Джейн села на нее. Она была такой же широкой, как доска детских качелей, только волнистой. Перегревшейся кожей она чувствовала прохладу бронзы даже через трусики. И это было приятно.

Наклонившись вперед, Джейн прислонилась к прохладной спине вождя и обвила его талию руками. Оттуда она посмотрела вниз на Брейса.

Так далеко земля.

—Черт побери, — пробормотала она.

Прижимаясь лбом к спине вождя, Джейн подумала: «И я делаю это за двести долларов? Чокнутая».

Там может даже и не оказаться этих двух сотен!

«Эти две сотни тут ни при чем, — напомнила она себе. — Не только из-за них, но и ради ключа к следующей ступени. Следующая ступень… если она существует… если игра продолжится… это могло бы привести к четырем сотням долларов.

А следующая за ней — к восьми.

Затем, шестнадцати.

Я могла бы разбогатеть.

Если игра продлится достаточно долго. И если Мастер будет и дальше удваивать ставку. И, если я не выйду из игры.

Во всяком случае я уже здесь, наверху.

Так где же конверт?

Отклонившись немного назад, она нагнулась сначала вправо, затем влево. Спина вождя, казалось, была не меньше четырех футов в ширину, и, сидя на его набедренной повязке, Джейн могла бы заглянуть вперед с той или иной стороны, лишь сильно перегнувшись. Но это было страшно опасно, так как если рука не дай Бог соскользнет…

Нет, это не может произойти.