У меня кровь застыла в жилах. Мир сомкнулся вокруг меня. Я почувствовала, что задыхаюсь. Неужели Мехмет лишит меня сыночка?
— Джефф? — закричала я. — Он унес Джеффа? Что с ним сталось? Он вернулся? Джефф жив?
— Когда мы виделись в последний раз, был жив.
— Значит, и Сьюзи жива, — заявила мама Сьюзи и улыбнулась тем, кто стоял возле нее. — И ничего она не умерла. Ведь Мехмет же здесь! Мехмет здесь, а значит, все остальные тоже целы и невредимы!
— Сьюзи погибла, — повторил Мехмет. — Остальные же, насколько я слышал, действительно живы-здоровы. Мы шли сюда вместе с Дэвидом Рыбозером. Он спустился со мной из Долины Высокого Дерева, но убежал, когда вы заорали на нас и схватились за копья. Джонни Рыбозер, Джули, Энджи и Кэнди Синегорка остались в Долине Высокого Дерева. Мы там основали собственную группу — группу Высокого Дерева. У нас уже родилось трое малышей.
— А Джефф? А Джерри?
— Остальные ушли с Джоном. Ему же на одном месте не сиделось, непременно надо было двигаться дальше. А в Долине Высокого Дерева замечательно, полным-полно шерстяков. Так нет же, ему вздумалось лезть обратно во Мрак и искать новый путь на другую сторону.
Разумеется, мы с остальными мамами, сестрами и братьями снова раскричались, требуя подробностей.
— Да, бывают морозы, — рассказывал Мехмет, — и падает снег. Но это же не смертельно, так ведь? Все равно там не так холодно, как в Снежном Мраке. И не так темно. Но когда в первый раз повалил снег, эти придурки ушли — Тина, Дикс, Джерри, Дженни, Джефф, идиот Гарри, все они ушли за чокнутым Джоном, за этим сумасшедшим убийцей, во Мрак, где погибла Сьюзи, где все мы чуть не сгинули навсегда. И сгинули бы, если бы к нам на выручку не примчался Джефф. Что ж, удачи. Она им понадобится. Но мы с Дейвом, Джонни и Синегорками решили, что как-нибудь справимся и придумаем, как защититься от снега. И мы придумали. Мы носим теплые шкуры. Строим прочные шалаши и разводим большие костры. Объезжаем шерстяков. В общем, жизнь наладилась. Мяса у нас вдоволь, и все…
— Ты сказал, мой Джефф пришел вам на помощь, — перебила я. — Что он сделал? Куда его унес шерстяк? Откуда он примчался к вам?
Но не успел Мехмет ответить, как вмешался Дэвид.
— Об этом после. Ты лучше объясни, почему назвал Джона убийцей.
Мехмет криво ухмыльнулся. Его грозная тетушка-великанша прижимала его голову к своей необъятной груди (Энджи раскидала Охрану, как детей, и прорвалась к племяннику), а вокруг толпились прочие Мышекрылы, гладили, щупали Мехмета, как будто не верили, что он живой. Мехмет понимал, что ему ничто не грозит, и наслаждался вниманием и властью над нами.
— А ты разве не знал? — спросил он Дэвида. — Разве ты не знал, что Джон прикончил твоего друга Диксона Синегорца? Убил его копьем в спину, когда тот убегал. А Джерри с Гарри, — ну, Джерри Красносвет и этот великовозрастный обалдуй, Гарри Иглодрев, — прикончили двух его спутников. Гарри убил Джона Синегорца. А Джерри — Мета, члена своей собственной группы.
О, плачущие глаза Джелы! Вот так новость принес нам Мехмет! Мы, конечно, догадывались, что стряслась беда, из-за которой ребята так внезапно снялись с места и ушли во Мрак, но такое нам бы и в голову не пришло. Мама Джона Синегорца и вся его группа заорала на Красных Огней и Иглодревов, стараясь отпихнуть Охрану, которая удерживала их древками копей.
Мама Мета, моя двоюродная сестра Кэндис, развернулась ко мне.
— Нет, нет, нет, нет, нет, нет! — вопила она. — Будь проклят твой Джерри, будь он проклят, ненавижу, ненавижу!
Кэндис вцепилась ногтями мне в лицо, точно древесная лисица, и попыталась выцарапать глаза. Ее оттащили, но она рыдала не умолкая. Другие тоже расплакались и раскричались: Синегорцы — на Иглодревов и Красных Огней, Красные Огни — друг на друга, и все это — на крохотном клочке затянутой густым туманом поляны с фальшивым кругом посередине.
Наконец до мамы Сьюзи Рыбозер дошло услышанное. Сьюзи мертва. Ее дочь растерзал белый леопард, который обитает в снегах Мрака. Леденящий душу вопль матери перекрыл крики и плач.
— Тихо! — рявкнул Дэвид.
Все замолчали.
— Тихо, — повторил он и обвел нас свирепым взглядом.
Глаза Джелы! Я сама мышерылка и далеко не красавица, но Дэвид был редкий урод.
— Слезами и воплями горю не поможешь, — заявил он. — Сейчас нам нужно поймать Джона и прибить его к дереву, как я вам твердил. Джона, его дружка Джерри и дебила Гарри. Вы все говорили, что я слишком суров, но если бы мы прибили его к дереву тогда, когда я впервые предложил, те четверо сейчас были бы живы. Но уж на этот раз мы сделаем по-моему.
— Да, вот только они сейчас по ту сторону Снежного Мрака, — прошептала я себе. — Слава Джеле, они далеко. Дэвид просто-напросто хорохорится. Ничего он им не сделает.
— Да, Джон убийца, — подтвердил Мехмет. — Он бы нас всех убил. Потому-то я с ним и пошел. Я ведь не хотел идти. Я возражал. Сказал, что я против убийств. Но…
Дэвид пропустил его слова мимо ушей.
