— Эверли, ты идеальна, — прорычал Сайлас, кончая в меня и изливаясь в мою сердцевину. И я тоже кончила, захлестываемая интенсивностью нашей связи.
Рухнув на Сайласа, я запустила пальцы ему в волосы. Он крепко обнял меня, и я закрыла глаза, вдыхая запах его пота, его силу, буквально окутанная им.
Я не могла представить, как смогу его отпустить.
Позже, когда мы проснулись посреди озера, Сайлас направил лодку к берегу. Захватив из каюты куртки, он сказал, что мы куда-то поедем.
Сайлас привел меня к припаркованному в лесу квадроциклу и велел запрыгивать на сидение.
Я устроилась позади него, и он тронулся с места. Сайлас повез меня по грунтовой дороге под навесом сосновых веток. Он указал на дорогу в противоположном направлении, ведшую к дому Трэвиса.
— Вы с ним дружите? — спросила я.
— Дружим? Я бы так не сказал. Для меня он просто знакомый, не больше.
— Ему тоже нужна жена?
— Возможно, но он любит посещать Анкоридж. Никогда не упускает шанса слетать туда. Не могу представить его остепенившимся.
Улыбнувшись, я обняла Сайласа крепче, радуясь тому, что он уже нагулялся. Мне нравилось думать, что ему хватает меня.
— Куда мы едем? — спросила я, когда мы свернули с дороги.
— Сейчас мы находимся в Национальном лесу Денали и едем к пику Черный алмаз.
— Значит, ты живешь прямо на границе?
— Да, территория, на которой стоит мой коттедж, может показаться тебе обычным лесом, но здесь мало кто имеет землю в собственности. Купить дом с озером и легким доступом в парк? Мне повезло.
Природа была красива, и мы несколько раз останавливались, чтобы Сайлас показал мне виды. Он очень хорошо знал эти места.
— Ты не можешь здесь охотиться, да?
— Нет, я обхожу парк стороной, но он мне в любом случае не нужен. Для охоты у меня есть сто акров собственной земли и озеро.
Я не знала, что Сайлас владел озером, и мне сложно было даже представить, насколько велики его владения.
— Трэвис живет на твоей территории?
— Да, он и его мама поселились здесь еще до того, как я купил участок. Я не собирался их прогонять.
В конце концов, мы остановились, чтобы полюбоваться долиной Хили. От пейзажа захватывало дух, цвели цветы, горы вдали были заснежены и живописны.
— Мне нужно в кустики, — сообщила я. — Я схожу за дерево.
— Я не хочу, чтобы ты пропадала из виду, — Сайлас схватил меня за руку и остановил.
— Сайлас, может, я и невеста по почте, но не готова садиться перед тобой на корточки, — со смехом отмахнулась я и ушла, качая головой. — Муж мой, здесь только зеленая трава и синее небо. Кроме того, я уже большая девочка.
Я спустилась по узкой тропинке, нашла дерево, расстегнула штаны и сделала свое дело. Поднявшись, я почувствовала легкость, и не только потому, что опорожнила мочевой пузырь. Сайлас был сегодня очень милым. Каждая новая деталь, которую я узнавала о нем, вызывала у меня симпатию. Возможно, жить здесь было вовсе не так страшно, как я думала поначалу.
С улыбкой я пошла обратно, но тогда увидела то, при виде чего остановилась как вкопанная.
У меня округлились глаза, а сердце бешено заколотилось. Вот почему поселиться в глухих лесах Аляски — плохая идея.
В двадцати шагах от меня стоял медведь гризли.
Услышав крик Эверли, я молниеносно схватил свой рюкзак и бросился к ней.
Я не должен был выпускать ее из виду.
На тропе я увидел, как к Эверли приближался десятифутовый[14] медведь гризли. Она испугалась и благоразумно зажала рот ладонью. Когда Эверли посмотрела на меня, ее ужас пронзил меня насквозь.
Жестами я велел ей поднять руки над головой и медленно пошел вперед, стараясь двигаться так, чтобы медведь не счел меня угрозой.
Потянувшись к боковому карману рюкзака, я достал отпугивающий спрей. Готовый его использовать, я прицелился, пытаясь держаться от медведя на расстоянии. Он слишком близко подошел к моей женщине, и я не позволил бы ему на нее напасть.
Медведь так сосредоточился на Эверли, что не замечал меня, пока я не надавил на кнопку и не распылил жидкость.
— Беги, — я схватил Эверли за руку и потащил за собой как раз, когда медведь зарычал. У нас в запасе оставалось лишь несколько секунд.
Бросившись вверх по тропе, мы в мгновение ока добрались до квадроцикла и умчались прочь прежде, чем медведь успел отреагировать.
Эверли цеплялась за меня и прижималась ко мне всем телом. Я разогнался до максимума. Она рыдала в мою рубашку, держась за меня изо всех сил. Твою мать, я не хотел, чтобы Эверли когда-нибудь меня отпускала.
Я почувствовал жжение в глазах от понимания того, чем могло закончиться наше столкновение с медведем. Нам повезло сбежать.
Вернувшись на свою землю и остановившись у дома, я тут же заглушил двигатель и притянул Эверли в свои руки. Я занес ее в коттедж и уложил на кровать.
У нее началась истерика, и едва ли я в своей жизни сталкивался с тем, чтобы кто-нибудь плакал так сильно. Мне очень не нравилось видеть Эверли испуганной, и я обнял ее за плечи, прижимая к себе.
— Сайлас, я думала, что умру.
