Вскоре под этот беспрерывный поток восклицаний я был отведен к столу, где временно обретались остальные купленные для нашего дома обновы, и где все было с не меньшим ражем мне продемонстрировано и мною оценено.
— А зеркало поставим в нашей спальне! Просто мне так оно нравится! Хорошо? — она умоляюще пронзила меня буквально намертво своим лазурным взором, и я, в самом деле, не посмел бы перечить, попроси она что-то куда более значимое, чем этот пустяк.
— Конечно, делай все, что посчитаешь нужным, — совсем не стал я возражать и улыбнулся, да и не было никакого повода перечить ей в этом.
Зеркало и действительно выглядело как дорогущий антиквариат, за который, как мне казалось, мы должны были бы отвалить баснословную сумму на каком-нибудь аукционе. То же касалось и остальных покупок, сделанных тогда Мари, но долго в эти подробности и мысли я не вдавался: повезло да повезло, и, наспех пообедав, я вновь так и убежал на работу, где всячески и вполне-таки успешно старался влиться в новый коллектив и не косячить.
А повторная моя встреча с этим зеркалом состоялась уже только вечером: мне было велено поставить его в спальне, почти в углу, у стены, прямо рядом со шкафом, чтобы нам было еще и удобнее переодеваться. В то же время оно захватывало обзором даже кусок нашей кровати, зато смотрелось именно в этом месте при этом лучше всего.
С задачей я справился, и мы, полюбовавшись этой новой деталью пускай еще недоработанного интерьера, вскоре отправились гулять, отлично скоротав время сразу до ухода ко сну в приятном обществе друг друга.
Впечатлений за день у меня было слишком много, и весьма разных: были и положительные, и отрицательные, не знаю даже, каких больше, пожалуй, все-таки первых, так как я волей-неволей стараюсь видеть во всем чаще плюсы и уроки на будущее. Однако ночью мне расслабиться почему-то совершенно не удалось..
Во сне, таком спутанном и тяжелом, нагроможденном многочисленными спусками и падениями, полными необъяснимых опасностей, мне до безумия было тревожно и страшно. Казалось, меня кто-то преследует, а я совсем не вижу никого, оттого и смертельно боюсь, будто могу иметь право только на смазанные ощущения, теряя возможность смотреть. Но чувства эти были уж далеко не приятными, на спине даже выступал противный холодный пот, а дыхание сбивалось, словно после стремительного бега по огромной лестнице на несколько этажей вверх.
В какой-то миг эта адская паника возросла просто кошмарно, и я, дернувшись в крике и отчаянно зажмурившись, будто при угрозе смерти, резко оказался в реальности, все еще часто дыша и ощущая липкую влагу на своей коже, рожденную тем непонятным сном. Детали его я совершенно не мог сформулировать после того, как открыл глаза.
Рядом со мной тихо спала Марика, видимо, снова неосознанно выбравшись из моих объятий и отвернувшись, так как все еще не привыкла, что спит уже не одна, и я все же заметно успокоился, пытаясь унять встревоженное сердце. Похоже, я сегодня и правда перестарался и вымотался морально, плюс завтра проверка какая-то к нам придет. Вряд ли будут что-то требовать от меня, я у них работаю от силы неделю, но все равно как-то стремно мне, если честно..
Облегченно вздохнув и протерев глаза, я снова устроился поближе к Марике, развернул к себе и, чмокнув, крепко обнял, получая короткое ответное объятие перед тем, как она опять уснула.
Мрак будто туго сгущался, становясь еще ужаснее и пугая, и я, безнадежно озираясь в этой пустоте, вдруг осознал в один короткий миг, что такое со мной словно уже было. К колючему, холодному страху резко добавилось смертельное оцепенение: я увидел глаза. Горящие алым огнем глаза, просто не способные принадлежать человеку..
Они настойчиво жгли и изучали меня своим болезненным и угрожающим молчанием, не мигая и не отрываясь, и эти два огонька, точно тлеющие угли, мерцали всего на расстоянии пары-тройки метров, в такой ужасающей близости от меня. Я, словно ни жив, ни мертв, смотрел на них, а тело будто обездвижилось, стало неприятно ватным и непослушным, словно его обкололи чем-то, превратив в размякшую субстанцию, и даже простое поднятие руки казалось мне чем-то совершенно непосильным.
— Боже.. — напряженно и хрипло выдохнул я, не отводя ответного взора, хотя безумно хотелось скрыть его от этих таинственных глаз неизвестного монстра, а грудь в любой момент просто могла взорваться от сильных, резко содрогающих все тело биений. — Помоги мне..
Глаза заинтересованно прищурились, все так же источая красное свечение, хотя других источников света я совершенно не видел. Я успел подумать и про котов, чьи глаза тоже светятся желтым, если на них посветить в ответ, но здесь..
— П..пожалуйста.. Нет! — изо всех сил с трудом вскрикнул я, замечая, что огоньки оказались немного ближе, словно их пугающий обладатель сделал в мою сторону как минимум шаг, и я резко и тревожно сомкнул веки.
— Билл! — громким шепотом звала меня Мари и трясла, сидящего на кровати, за плечи, и я все же вырвался наконец из крепкого плена своих снов.
