— Не знаю, мне.. ничего вроде не нужно, — едва борясь с какой-то внутренней ломкой, которая так мягко и приятно расползалась по моему телу, как будто пытаясь подчинить, заставить покориться, но что-то в то же время все равно призывало меня держаться. — Да и не бывает волшебников.
— Ты не веришь? — ласково посмеиваясь, спросил меня мужчина, а я, напряженно всматриваясь в темные сгустки пустоты, все еще напрасно силился разглядеть его в этой темноте.
— Н..нет. И.. почему ты прячешься? Здесь так темно.. Где я?
— Как много вопросов, дитя, — с хрипотцой в голосе, низко и как будто утробно рыкнул он хитрым котом, а я наконец отвел взгляд, точнее отнял его насильно, овладевая жалкой искоркой свободы и все равно чувствуя себя как в каком-то тумане. — Я не прячусь. Я.. попал в такую глупую ловушку многие столетия назад, — с нотками жалости рассказывал Туомасс, глухо усмехнувшись как будто над своей же неловкостью. — Я.. спутал слова в заклинании, когда хотел.. помочь людям, и оказался заперт в этом.. в темноте. И некому было освободить меня.
Я все слушал и молчал, точно плененный его голосом и словами, такими прекрасными, как звучащая мелодия, рожденная умением самого искусного музыканта. Я плавился, таял, иссякал, как восковый стержень горящей свечи, оттого и не чувствовал больше какой-то опасности.
— Просто позови меня, — мягко и ласково уговаривал он, а я видел, как при его грузном, тяжелом дыхании даже колеблется практически черный воздух, словно этот волшебник Туомасс был мифическим гигантом, держащим на плечах целое небо. — Я уже не надеялся, что кто-то сюда сможет прийти!
— Просто позвать? — как в дурмане, практически шептал я, чувствуя, как кружится голова, и меня качает в разные стороны, словно я куда-то иду, но на деле-то я в тот миг стоял совершенно неподвижно.
— Да! — тут же резко последовало в ответ, и глаза будто впились в меня, так болезненно и отчаянно. — И я выполню любой твой приказ. Только позови! — громко вскрикнул мужчина и опасно дернулся в мою сторону, а я, не успев даже испугаться, внезапно почувствовал, как со всех сторон неумолимо проваливается рядом со мной эта бесконечная пустота, будто вместе с ней разрушаюсь и я, хаотично исчезая по крупицам.
— Билл, не стой босиком, пол же холодный, — юная Марика, ласково приговаривая и потирая сонные глаза, осторожно взяла недвижимо застывшего в темноте, около зеркала, мужа за руку. — Что ты здесь делаешь? Ты слышишь?
— Мгм, — невнятно и монотонно отозвался Билл, не моргая и пристально смотря только на отражение в большом прекрасном зеркале.
Комната все еще была охвачена ночным неведением, лишь свет луны слабо очерчивал контуры силуэтов, а часы показывали около трех часов.
— Обними меня, — тревожно попросила девушка, преградой становясь между зеркалом и мужем, и тот покорно выполнил просьбу, совершенно не задумываясь и продолжая пребывать в сонной реальности. — Ложись в постель, — дрожащим голосом вскоре вновь промолвила Мари, и тот без слов повиновался.
Уже понимая, что любимый лишь лунатит и будить его слишком резко просто нельзя, Марика осторожно повела его прочь от зеркала, спросонья тоже даже так и не осознав до конца, что случилось.
Дрожь бежала по ее спине, стеклянный, не сфокусированный на ней взгляд Билла безумно пугал, как и его ненастоящий, холодный голос, мычащий что-то. Но уже вскоре молодые люди вновь легли на кровать, и парень устало сомкнул глаза в этих ласковых оберегающих объятиях, засыпая и не видя колдовских глаз Туомасса теперь до самого утра.
========== Глава вторая ==========
И снова настал новый день, который тоже так странно принес мне лишь сильную усталость и непонятное, даже истерическое раздражение, бесконтрольно и дико кипящее внутри, норовя выплеснуться наружу раскаленной лавой и сжечь все к чертям по малейшему поводу.
Тем не менее я все же попытался взять себя в руки, даже не швырнув звенящий будильником телефон в стену, чтобы раскрошить его и насладиться классным хрустом, и кое-как поплелся умываться, предварительно поцеловав и закрыв одеялом Марику.
— Я будто и не спал.. — уныло глядя в зеркало ванной, пробурчал я хмуро и вымученно закрыл глаза, решив, что бриться сегодня уж точно не буду. — Приду домой и сразу спать.
Голова немного гудела, и я чуть не свихнул челюсть, широко зевая и морщась, просто не в силах унять сладкое желание сделать это.
Неужели молодости приходит конец? Я, выходит, за такое ничтожное время повязал себя этими путами бесконечной рутины, что не остается времени даже на себя и семью. Уже не хочу на работу.. Как бы дожить до выходного.. Я с горечью усмехнулся. Такими темпами я скоро начну отсчитывать буквально минуты до наступления этого чудесного дня, и это уже нисколько не смешно.
Я тяжело вздохнул и, умывшись, вернулся в комнату, чтобы одеться. Стоя в заторможенных раздумьях около шкафа, я мельком скосил все еще сонные глаза на новое, высокое и красивое зеркало, следящее и копирующее все мои движения с точностью до миллисекунд, и слегка улыбнулся, вспоминая один случай из детства.
