— Я ничуть в тебе не сомневаюсь, в конце концов, ты же дочь Никиты.
Поднявшись из-за стола, он окинул Сашу взглядом с головы до ног.
— Хотя, кажется, наследственность пошла по весьма неожиданному пути.
— У Саши нет никаких генетических отклонений, — тут же заметила Никита. — Я тщательнейшим образом выбирала ей отца, проанализировав все возможные комбинации генов. И произвела на свет кардинала.
Саша пыталась уловить подтекст их беседы, но безуспешно — все Пси славились умением хранить секреты, а сейчас перед ней находились двое, более чем преуспевшие в этом искусстве.
— Ну конечно, — холодно улыбнулся Энрике. — Мне пора идти, надо готовиться к лекции. Надеюсь, мы скоро увидимся, Саша.
— И я, сэр.
Саша старалась говорить как можно холоднее и не произнесла больше ни слова, пока Энрике не вышел, и она не закрыла за ним дверь.
— Это так не похоже на Советника — приходить лично.
— Он хотел обсудить кое-что вдали от любопытных ушей. — Судя по интонациям Никиты, эту тему поднимать не следовало.
— Я подумала, мне стоит знать, что именно, на тот случай, если на меня ляжет больше ответственности.
— В этом нет необходимости. — Мать положила руки на стол. — А теперь расскажи мне о вере.
Саша понимала, что настаивать на своем бессмысленно. Женщина, сидевшая перед ней, входила в одно из закрытейших и тайных обществ мира — Совет Пси.
«Они Совет. Они стоят над законом».
Только после общения с верами Саша осознала правду. Совет сам по себе был законом. Перед ним склонялась вся ПсиНет. Если Советники приговаривали кого-то к реабилитации, дороги назад уже не было.
Заглянув в холодные карие глаза матери, Саша поняла, что рано или поздно та проголосует за то, чтобы ее родную дочь поместили в Центр, лишь бы не потерять собственные позиции.
Все, кто испытывает эмоции — преступники, а преступников надо карать.
— Альфа очень умен, — начала Саша, поражаясь про себя тому, как мало выражает это слово. Лукас был умнейшим и беспощаднейшим бизнесменом, с которым ей доводилось сталкиваться. — У него уже есть покупатели на все участки.
— То есть он получит свои десять миллионов.
— И все же наша прибыль обещает быть немалой, даже несмотря на нынешний кризис.
— Думаешь, есть смысл заключить с ним еще одну сделку?
— Я подождала бы. Еще неизвестно, сработаемся ли мы.
Саша знала наверняка лишь одно — если ей придется долго общаться с Лукасом и его людьми, она не выдержит. Сегодня из-за них ей пришлось сменить обувь. А завтра, может быть, придется меняться самой. Невозможно наблюдать за полной страстей жизнью веров и не жаждать того же.
А еще дело в самом Лукасе…
Он оказался первым мужчиной, пробудившим ее гормоны. Когда Саша оказывалась рядом с ним, то все ее долгое обучение шло насмарку. А самое ужасное заключалось в том, что ей было плевать.
— Согласна, — кивнула Никита. — Давай посмотрим, справятся ли они.
— В этом я не сомневаюсь. Мистер Хантер не произвел впечатления человека, оставляющего дела незавершенными.
— Пока тебя не было, я кое-что выяснила о наших новых партнерах. — Тонкие пальцы Никиты прикоснулись к сенсорному экрану, выводя нужные данные. — Похоже, что союз Дарк-Ривер и Сноу-Данс не так прост, как мы думали. Волки владеют двадцатью процентами акций большинства проектов Дарк-Ривер.
Сашу это не удивило. Несмотря на весь свой шарм, Лукас явно обладал железной волей, способной произвести впечатление даже на самых безжалостных.
— Это соглашение взаимное?
— Да, леопарды выкупили двадцать процентов в аналогичных проектах Сноу-Данс.
— У них общие земли и совместная прибыль.
Уникальная ситуация для хищных веров, прославившихся своими войнами за территорию. Пси всегда пользовались этой их слабостью, чтобы манипулировать ими — чтобы разжечь конфликт, надо было лишь сымитировать нарушение границ. Но Сашу не оставляло ощущение, что мир меняется, а ее раса слишком упивается своим превосходством, чтобы это замечать.
— Не позволяй Хантеру усыпить твою бдительность.
— Да, мама.
Саша собиралась последовать совету Никиты. Лукас — не просто альфа-леопард, он очень чувственный мужчина, и последнее приводило ее в ужас. Что-то в ее дефектной психике рвалось к нему на самом примитивном уровне.
После долгих раздумий Саша пришла к выводу, что единственный способ совладать с дикими желаниями, сокрушающими ее щиты, — это поддаться им, в разумных пределах и на своей территории, конечно. Вряд ли это будет так уж сложно — Саша ведь изучила теорию.
Поняв, на что она решилась, Саша почувствовала, как сердце заколотилось быстрее, и ее уверенность сменилась сомнением. Что, если у нее ничего не выйдет, и попробовав раз, она захочет больше?
«Невозможно», — сказала она себе. Она не зайдет туда, откуда уже не будет возврата. Она же кардинал Пси. И никем другим стать не может.
