Решение проблемы пришло в тот момент, когда демон совершенно случайно наткнулся на женщину с маленьким ребёнком на руках. Принц был в числе тех, кто по приказу Владыки обыскивал город, чтобы избавиться от всех почитательниц Верховной жрицы. Шархин не проникся сочувствием к молящей пощадить ее и дитя ведьме и уже приготовился достать меч, но неожиданно женщина запрокинула голову назад и начала бормотать какие-то заклинания. Рыжие волосы взметнулись в разные стороны, будто ими овладел порыв ветра, а спустя пару секунд, на плечи ведьмы опустились уже белокурые с пепельным оттенком локоны. Ребёнок, который до этого момента истошно кричал, затих и, взмахнув пушистыми ресничками, пристально уставился на Шархина, завораживая туманно-серым цветом глаз. Ведьмовский запах растворился в пространстве, и теперь ничто не выдавало в стоящей напротив женщине и ее ребенке истинного происхождения.
– Придёт время, и я клянусь священной клятвой, что отплачу тебе за то, что сохранил мне и моей дочери жизнь, демон. Твоё сердце жаждет власти, и ты ее получишь. Будешь править миром, когда более достойный падёт, сраженный не твоим мечом и пламенем, а коварством и хитростью хрупкой женщины, которую высшие силы отметят демонической печатью! – произнесла ведьма, и Шархин задумался.
Мужчина знал, что верить ведьмовским отродьям нельзя, но её слова проникли в душу и поселили там сомнения. Ведьмы многое могли и превосходили по коварству даже сирен, но данную клятву нарушить не могли.
– Я хочу власти, ты права. Наколдуй мне её или сдохни! – оскалился в усмешке демон, готовый в любой момент нанести смертельный удар.
– Не так быстро, принц, – хрипло засмеялась ведьма. – Придётся подождать, но семнадцать лет ничтожно мало по сравнению с вечностью правда?
Демон стоял в стороне и недоверчивым взглядом наблюдал за действиями Хери́ны. Он так долго ждал этого и никак не мог поверить, что, наконец, время пришло. План ведьмы, конечно, вначале вызвал у Шархина лишь смех, ибо россказни об истинности демонов считал лишь выдумкой, но потом, увидев девчонку собственными глазами, был вынужден признать, что даже его благочестивый братец, который за всё время не замарался связями с шармутами и сговорами, не в силах будет устоять против такой чистой красоты, тем более, когда увидит на спине шафхи свой символ. Ведьма утверждала, что истинное притяжение сильнее любого приворота, и никто не в силах его побороть. Но самым интересным и невообразимым оказалось то, что суженная Шархнара была не просто человечкой, а иномерянкой. Шархин испытывал огромное удовлетворение от осознания того, что высшие силы обделили его ненавистного братца нормальной парой, лишив мужчину шанса на продолжение рода.
Некоторое время старший сын Акхмалла колебался над тем, стоило ли впускать ведьму в Хэймар и отдавать ей гримуар, который находился в хранилище, но потом все-таки решился на подобный шаг, когда в очередной раз ему доложили о том, что Владыка восхищён силой и мощью своего младшего сына. Правящий всегда выделял Шархнара и многое спускал ему с рук. Даже после убийства Халифа ублюдок рождённый нимфой сумел избежать гнева Владыки. Своим отношением к бастарду Акхмалл унижал Харанию, которая была чистокровной демонессой и не заслуживала подобного отношения. Шархин не мог простить подобного отцу. Владыка имел право развлекаться с девками и трахать отмеченных печатью шармут, но не должен был проявлять особый интерес ни к одной из них! Рабыни даже имея статус наложницы всегда должны оставаться бесправными рабынями, а Акхмалл дал Лейе слишком много свободы и окружил мерзкую нимфу вниманием, совершенно позабыв о своей царице. Шархин помнил, как демонесса, лёжа в холодной постели в одиночестве, проливала слёзы, уткнувшись в подушку. За каждую слезинку он поклялся отомстить в первую очередь Шархнару. И, наконец, время пришло.
– Ну, что там? – рявкнул, теряя терпение, и ведьма, подняв на принца взгляд, широко улыбнулась.
Херине было плевать на желания и амбиции сыночка Акхмалла, как и на то, кто именно займёт трон. Женщина лишь хотела счастья для своей дочери и безопасного будущего, а самое безопасное место на землях Акхимнесса, как не прискорбно это признавать, было во дворце. Херина в прошлом покинула Хэймар и прибилась к людям, которые жили в поселении неподалёку от Саафхи. Она тщательно скрывала свой дар и в тайне ото всех обучала Микеллу нужным заклинаниям. Магической силы в девочке практически не осталось после того, как её внешность изменилась заклинанием морока, но это не особо беспокоило Херину, потому что у неё имелся очень ценный камешек туркиз, некогда подаренный ей самой жрицей. Микелла была рождена для того, чтобы стать пусть не царицей, но любимой фавориткой Правящего, поэтому, когда время пришло, Херина призвала высшие темные силы на помощь, и черная магия откликнулась на зов женщины, наградив ее дочь демонической печатью.
