Во Франции деятельность ордена «Храм Солнца» сопровождалась массовыми самоубийствами. Не тоской ли по утраченной вере, неспособной ныне служить духовной пищей терзаемому противоречиями современной цивилизации обществу, объясняется то, что в Японии сейчас существует до двухсот тысяч сект, а крупнейшая из них «Сока чаккай» объединяет 5,6 миллионов семей.
Стихийный рост религиозных сект отражает многообразие религиозных представлений, глубокую их древность и выражает как бы инстинктивный протест против закоренелости религиозных направлений, их унифицированности, а также стихийных поисков нового Бога, отвечающего современным представлениям о жизни и ее сущности.
Среди образованной части населения Земли растет представление о том, что Бог, если он существует, должен быть единым для всех. Религия должна быть единой, также как и существует одна астрономия, биология, физика и другие науки. Но вместо объединения, совместного сопротивления репрессивности цивилизации и роста безумия, религии стали распадаться на еще более мелкие течения, враждуя друг с другом, терять свою духовность и облагораживающее влияние на природу человека. Еще многие осознают религию чисто прагматически, как средство обретения утрачиваемой нравственности, забывая, что в вере может таиться еще высокая духовная и пока непознанная реальность Бога. Но как понять Бога в его невидимости, бестелесности и материальной невыразительности?
Наука изучает все, касающееся человека, и даже, казалось бы, не имеющее к нему никакого отношения.
Человеку свойственен инстинкт потребности познания окружающего мира, поисков истины в том или ином явлении. Поиски истины или, сказав точнее, исследовательский инстинкт, породили науку, ставшую особой отраслью человеческой деятельности. Исследовательский инстинкт свойственен любому организму и существует как средство приспособления к окружающей среде, выживания.
Наука раздвигает границы познания окружающего мира и процесс этот неизбежен, пока существует жизнь на земле. Развиваясь, он открывает одну за другой истины. Когда поиски истины становятся бессильными, возникает обширное поле фантазии и мистики. У художников воображение развито в значительно большей степени, чем у ученых. Поэтому художники предвосхищают многие научные открытия. Там, где знание оказывается недоказуемым, науку подменяет вера.
Пути науки непредсказуемы и неисповедимы, (как у «господа Бога») и, если она сильна в определении прошедшего, с трудом разбирается в настоящем, то беспомощна в определении будущего.
Когда наука была молода, между нею и существующими знаниями об окружающем мире не было противоречий. Но она стала развиваться, открывать одну за другой величайшие истины мироздания и тогда, прежде всего, вступила в противоречие с религиями. Появилось эволюционное учение о постепенном развитии органического мира от простейших форм до современных сложных. Это учение нанесло сокрушительный удар библейскому представлению о происхождении жизни на Земле. Между верой и наукой возникло резкое расхождение.
Религия требовала безусловного принятия знаний на веру. Наука же нуждалась только в точных доказательствах, прежде всего, фактах и только фактах. Вера основывалась на догмах, не требуя их подтверждения. Наука занималась поисками и доказательствами истины. Наука демократична и в поисках истины отказывалась от заблуждений. Вера считала свои догмы неприкосновенными, а самокритика была ей чужда. Религия верила в чудеса и объяснила их мистически. Наука, несмотря на царящих в ней злых и тупых скептиков, расследовала чудеса, постепенно разгадывала их, разрушая мистику. Религия исключала познавательную деятельность человека, подменяла ее слепым догматизмом. Наука доверяла только точным доказательствам. Религия не требовала доказательства, но требующая безоговорочного следования своим канонам, вызывала подозрения в фальши.
