— Иначе ты испугаешься и случайно в меня выстрелишь? — Алекс снова улыбнулся. Поистине, эта улыбка начала уже меня раздражать, — ты права. Если тебе так будет спокойнее.
Мужчина пересел на стул, и, сложив руки на спинке, опустил на них голову, не сводя с меня внимательного взгляда. Я стушевалась, не совсем понимая, как с ним быть дальше, чувствуя себя полной идиоткой. В комнате повисла тишина, которая, судя по всему, ничуть Алекса не смущала. Похоже, он просто потешался надо мной.
— Вам знакомы Вадим и Гарик? — чтобы прервать молчание спросила я.
— Никогда о них не слышал. Это ваши друзья? — вежливо поинтересовался Алекс.
Я умолкла, понимая, что таким путем от этого странного типа мало чего добьешься. Угораздило же Тимура из всех машин, которые проезжали мимо, остановить именно ту, в которой был Алекс. Что это? Случайность или подстава? И почему, когда я гляжу на нашего заложника, у меня возникает такое чувство, что, не смотря на пистолет в моей руке, мы уже давно поменялись местами.
Вздрогнув всем телом, я проснулась. Был вечер, тяжелые тучи полностью закрыли небо. Собирался дождь.
На столе валялся пустой пакет из-под чипсов. Последний пакет. Завтра мне нужно будет выйти из дома или… В животе заурчало от голода. Я взяла надоевший кроссворд и несколько минут гипнотизировала его взглядом. Умные мысли куда-то исчезли, а собственным инстинктам я больше не доверяла.
Прошла неделя с тех пор, как я в последний раз выходила на улицу. Ночные убийства совершенно выбили меня из колеи. Мне совершенно не хотелось думать о том, что я стала невольным свидетелем происшедшего. Мертвое окровавленное тело не выходило у меня из головы. Где-то там, в ночной темноте бросит убийца, которого я, возможно, могла видеть. И самое ужасно — он также мог видеть меня.
Тимур ворвался в номер подобно вихрю, впуская за собой свежий ночной воздух. Совершенно не замечая моего настроения, он бросил на кровать пакет и, подойдя ко мне поближе принялся осматривать рану.
— Да, — протянул он, — придется повозиться.
На его лице было выражение растерянности, хотя всем своим видом он старался демонстрировать уверенность и знание дела. Мне стало нехорошо, когда он, порывшись в пакете, извлек оттуда скальпель. Мне стало совсем хреново, когда он выложил все свои покупки на тумбочку у кровати.
— Ты собираешься сделать это сам? — тон заложника был насмешливым и снисходительным.
— Ее нельзя к врачу, — возразил Тимур.
— В таком случае позволю дать тебе несколько советов: огнестрельные раны часто загрязнены частичками материи, и осколками костей. Ты должен не только вскрыть и удалить мертвые ткани, но и не задеть кровеносные сосуды.
— Я не могу, — Тимур посмотрел мне в глаза с виноватым видом, — правда, не могу!
— Ничего страшного, ты не должен, — я не успела договорить, как мой брат прошел к стенке и опустился прямо на пол, обхватив голову руками. Со стороны казалось, что он пытается справиться с рвотными позывами.
— Позволь мне, — доброжелательно предложил Алекс, и не дожидаясь моего согласия поспешил в ванную. Оттуда до нас донесся шум воды, спустя пару минут заложник вернулся, держа перед собой влажные руки. — Не бойся, я буду осторожен.
Я мужественно выдержала обезболивание и обработку раны раствором нашатырного спирта и смазывание йодной настойкой, но когда в руке Алекса блеснул скальпель, мое мужество сразу же закончилось, и я трусливо закрыла глаза.
Через полчаса, которые показались мне вечностью, операция завершилась. Кружилась голова, и если бы я сейчас не сидела, то определенно упала бы в обморок. Все это время Тимур находился рядом, на подхвате, хотя я видела, что он едва сдерживается, чтобы не запереться в ванной.
— Спасибо, Алекс, — устало выдохнул брат, — сам бы я не справился.
Я посмотрела на заложника и поблагодарила его, нерешительно улыбнувшись. Он послал мне в ответ широкую улыбку, и быстренько собрав остатки перевязочного материала, использованные ампулы и шприц выбросил из в мусорное ведро.
— Газировки? — предложил Тимур, протягивая одну из пластиковых бутылок Алексу.
— Благодарю, — он снова оседлал стул и сделал несколько глотков прямо из горлышка, — а теперь, ребятки, думаю, пришло время поговорить начистоту. Дальше бегать бессмысленно. Вас все равно найдут.
— Кто ты? — почему мне кажется, что угрожать Алексу пистолетом бессмысленно? И все же, внутренне поддержала Тимура, когда оружие вновь появилось в его руках.
— Не важно, — отмахнулся от вопроса заложник, — вас должно сейчас интересовать другое — что нужно сделать, чтобы спастись.
— И что же? — спросил Тимур.
Губы Алекса расползлись в улыбке. Он подался немного вперед, словно хотел поделиться с нами каким-то секретом. Я невольно отпрянула от него, с раздражением заметив, как в его глазах промелькнуло чувство удовлетворения.
— Слушаться меня во всем. Иначе, боюсь, вас конец.
Внезапно он моргнул, покачал головой, словно отгоняя от себя наваждение, затем осуждающе посмотрел на Тимура:
— Что было в воде?
— Флунитразепам, — коротко ответил тот.
