Даже не заметила как уснула. Пробуждение было мгновенным. Я открыла глаза, еще не до конца поняв, что могло меня разбудить. И лишь прислушавшись в темноте и не спеша открывать глаза, поняла, что я не одна.
— Прости что разбудил, — мне не нужно было особо гадать, кто еще мог пробраться ночью ко мне. Вот только зачем? В романтические побуждения своего преследователя я больше не верила. Психологическая обработка? Быть может он считает что после сна я буду растерянной и на меня легче повлиять?. Что же, посмотрим…
— Зачем ты пришел? — голос был вялым, а вот мысли я постаралась очистить ото сна.
— Захотелось увидеть, как ты спишь, — просто ответил Алекс.
— Ты считаешь этого достаточно, чтобы проникнуть в мою комнату? — я нахмурилась, и хотя в темноте этого нельзя было увидеть, тон был недовольным.
— Не мог себя перебороть, — Алекс встал и подошел к кровати. Присев на корточки у изголовья, он коснулся пальцами моих спутавшихся после сна волос, — я сам все испортил. Мне нужно было рассказать тебе с самого начала о том, кто я такой. Возможно, сейчас ты бы смогла мне доверять.
— Что сделано, то сделано, — мне хотелось отвернуться, это было бы правильным и честным по отношению к самой себе. Вот только обижаться и дуться у меня не было времени. Нужно было действовать и как можно скорее.
— Значит, у меня нет шансов? — настаивал Алекс. И куда только делся его насмешливый тон и шутки. Как будто передо мной совершенно другой человек, который искренне хочет понравиться и исправить то, что он совершил. Вот только… Мне плевать. Из-за него я здесь, а не рядом с отцом. Он преследовал меня, обманул. Теперь моя очередь.
— Я просто не могу… Не могу забыть того, что слышала. Как ты с Ростовским холодно и по-деловому обсуждаете мою участь, словно я товар, который должен переменить хозяина. Ты бы смог дать шанс человеку, для которого ты всего лишь задание?
— Мне жаль, что ты оказалась тому свидетельницей, — вот сейчас Алекс напоминал мне гуляющего мужа, которого подловили на измене. И он сокрушен, убит, раскаивается. Но гнетет его не сам факт измены, а то, что она раскрыта. Я готова была рассмеяться, но сдержалась, боясь оскорбить его в лучших чувствах. В конце концов, без Алекса мне не выбраться отсюда. Но чтобы сделать его своим невольным союзником, не нужно задевать и насмехаться над его попытками быть хорошим.
— Мне будет сложно тебе поверить, — я вздохнула, словно сдавшись и смиряясь с неизбежным. Если он надеется на скорую и безоговорочную капитуляцию, пусть наберется терпения. В конце концов, он не знает, насколько мне нужен. И в этом мой главный козырь.
— Рано и поздно я заставлю тебя поверить себе, — прозвучало это неожиданно, даже с угрозой. Словно Алекс на мгновение снял маску и явил, наконец, свою истинную сущность, о которой я подозревала, но в которую боялась поверить. В то же мгновение, Алекс выпустил мою прядь и склонился надо мной. На мгновение мне показалось, что он задумал… Но к счастью, ошиблась. Он «всего лишь» приник ко мне губами, награждая страстно-злобным поцелуем, терзая и прикусывая зубами мои губы, заставляя их гореть. У меня перехватило дыхание и я начала вырываться из его навязчивых объятий изо всех сил. Но Алекс не обращал на мои потуги никакого внимания, ломая всякое сопротивление, заставляя покориться его силе и страсти. Меня захлестнула злость, а вместе с ней осознание своего бессилия. Здесь мне никто не поможет. И, возможно, желая использовать Алекса, я забыла, что он слишком давно в этой игре и не принимает чужих правил. Я даже не поняла что плачу. Это осознал Алекс, когда провел языком по моим щекам, слизывая слезы. Внезапно, он отстранился и странно посмотрел на меня, как будто до этого пребывал в каком-то забытьи.
— Не плачь, злодейка. Я… просто я так долго этого хотел. Я сейчас уйду. А ты спи. Как будто меня здесь и не было.
Меня отпустило напряжение лишь когда за ним захлопнулась дверь. Вскочив с кровати, я исследовала место, где когда-то был запор, поняв, что на это полагаться не стоит. Подхватив два стула, привалила их к двери, оглядев комнату еще раз, решилась для надежности воспользоваться журнальным столиком, повалив его набок. Возможно, это никого не остановит, но шуму наделает.
Завершив дело, я улеглась в остывшую постель, пытаясь воспользоваться советом Алекса и уснуть. Как будто, после всего, что произошло это было возможно.
— Ты можешь нам помочь. Заметь, я не настаиваю. Просто не имею права. Но если ты хочешь…
— Хочу, — я была готова согласиться на что угодно, лишь бы не бесцельно слоняться из угла в угол в своей комнате.
