— Ты сможешь, — Марк подвел меня к топчану и заставил на него лечь. Тебе нужно достигнуть состояния, подобного трансу. Расслабься.
— Это будет сложно сделать, — заметила я, слегка нервничая от самой обстановки, присутствия рядом Марка и его признаний.
— У тебя все получится. Дыши глубже и прислушивайся к собственным ощущениям. Представь себе Странника, позови его и жди отклика.
Спокойный голос Марка убаюкивал, несмотря на волнение, и я не стала бороться со сном. Теперь голос долетал откуда-то сверху, едва слышным шепотом. Его почти заглушал гул в моей голове. Оба звука слились в один, и я отключилась.
Шум заглушал все мысли и эмоции, но мне хотелось совсем другого: услышать снова мелодию камня. Я заговорила, не слыша собственного голоса, однако я надеялась, что он меня услышит. И Странник откликнулся, слабым шепотом, с каждым мгновением становясь все громче. Он поселился в моей голове, изгнав давящий гул, став моим единственным спутником и собеседником. Он не говорил, он звучал, позволяя мне слиться с дивной непередаваемой мелодией. Все происходило стремительно и невероятно. Еще секунду назад я не верила, что Странник отзовется, и вот теперь… Как будто все это время он ждал, что я вспомню о нем. Мелодия наполняла меня, заставляла чувствовать себя совершенной… завершенной, единственной во всем мире. Только он и я. И больше нам никто не нужен. Никто… ни один человек не сможет дать мне того, что может Странник. С ним я становлюсь сильнее и бесстрашнее, с ним весь мир ничего не значит, ведь теперь он для меня целый мир.
— Лена!
Чужой голос ворвался в мысли, разрушая такое хрупкое совершенство. Не хочу! Оставьте меня в покое!
— Лена, очнись! Лена! Ты меня слышишь?
Голос был слишком настойчивым и неприятным. Он разрывал нашу связь с ним. Мешал полностью забыться и отдаться удивительным ощущениям.
К тому же внезапно возникло чувство, что меня куда-то перемещают. Было неуютно и неудобно находиться в руках того, кто пытается разлучить меня со Странником. Свежий прохладный воздух гулял по горящему лицу. Хотелось пить, но я боялась попросить воды, боялась разогнать остатки магии. Навсегда прогнать связующую нас музыку.
Неожиданно, вожделенной воды оказалось слишком много. Кто-то вылил ее мне на лицо и все еще удерживая в крепких, немного болезненных объятиях начал трясти. Голова взорвалась жуткой болью. Я застонала и очнулась.
— Девочка моя, с тобой все в порядке? — голос Марка еще минуту назад казавшийся неприятным, снова стал родным. Он был сильно взволнован, в глазах все еще был виден страх. Страх за меня.
— Я в порядке, — мне пришлось шептать, потому что голос отказывался повиноваться.
— Что это было? — пальцы Марка пробежались по влажным волосам, откидывая их с моего лба. Его прикосновение оказались неожиданно приятными и успокаивающими. И все же… Он вырвал меня из неги, заставил вернуться в жестокую реальность. Но разве стоит его в этом винить.
— Странник. Я его нашла, — на глаза навернулись слезы и я испугалась тому чувству, что пронзило мне сердце. Чувству, что бездушный камень внезапно оказался способным затмить для меня целый мир. Что это? Слабость? Могу ли я ей сопротивляться. И нужно ли мне это делать?
— А выглядело так, будто что-то захватило тебя и не дает очнуться, — Марк помог мне приподняться, поддерживая за талию. Мои ощущения были верны: мы действительно находились на улице, недалеко от двухэтажного лесного домика. В прошлый раз мне не удалось толком рассмотреть это место. Сейчас же поняла, что со всех сторон нас окружает лес, где-то в стороне слышался плеск воды, видимо недалеко бежал ручеек. Солнце близилось к закату, значит, скоро нас окружит тьма. Почему-то меня испугала эта мысль. Что страшного в ночи? Я нередко бродила одна в темноте, даже не подозревая об этом. Мое подсознание выкидывало порой странные штуки, но именно сейчас оно вопило об осторожности.
— Как давно ты вынес меня на улицу? — что-то не давало мне покоя, вот только не могла понять, что именно.
— Пару часов назад. Ты была словно неживая: глаза закрыты, лицо бледное, ты почти не дышала. Лишь спустя час стала подавать признаки жизни, но тебя начало лихорадить и я решил везти тебя в больницу. К счастью, ты успела очнуться.
— Мы должны уехать отсюда. Прямо сейчас, — произнеся слова, поняла, что это именно то, что нам необходимо сделать, чтобы спастись. — Я все объясню в дороге.
— Нас ничто здесь не держит, — Марк помог мне добраться до невысокого пенька и присесть, — погоди, я соберу кое-какие вещи. Это не займет много времени.
Мужчина скрылся за дверью, и я осталась наедине с лесом. Нет, не совсем верно: внутри меня звучала едва слышная мелодия. Я улыбнулась: теперь, что бы ни произошло, я никогда не буду одна.
