— Сволочь! — я запустила в него подушкой, понимая как по-детски выглядит этот жест отчаяния. Издевательски хохотнув, Алекс легко увернулся, и, пройдя к столу, присел на прежнее место. Оттуда он мог держать нас с Марком в поле зрения. Ну что же, плевать! Если он не убил Марка до сих пор, значит ему что-то от него нужно. Я встала, чувствуя тупую боль в висках, и медленными шажками стала пробираться к бесчувственному мужчине. Игнорируя внимательный взгляд Алекса, я опустилась на колени, осторожно приподнимая голову Марка, чтобы оценить повреждения. Его нижняя губа опухла и была покрыта коркой подсохшей крови. Рана на голове больше не кровоточила, а повязка была наложена достаточно мастерски, чтобы я смогла заподозрить Алекса в том, что он не первый раз сталкивается с подобными ранениями. Хотя, учитывая, как ловко он справился когда-то с моей раной, чему я удивляюсь?
— Марк? — тихонько прошептала я, боясь, что он не услышит меня, что его состояние куда хуже, чем я могла надеяться.
Он не двинулся ни на миллиметр, но внезапно я поняла, что его глаза открыты и смотрят на меня. Я вздрогнула, когда заметила, что он мне подмигнул и снова «отключился». Ничего себе! Да что же это, в конце концов, происходит? Во что эти двое играют?
— Убедилась, что я не монстр? — к счастью, Алекс не спешил покидать свое место, и у меня была возможность совладать с волнением.
— Да ты просто душка, — с сарказмом произнесла я. — и что теперь? Что ты собираешься с нами делать?
Алекс с расслабленным видом откинулся на спинку стула. Его лицо утопало во мраке, но меня больше не мог обмануть его равнодушный вид:
— Заберу с собой. Обоих. Мне надоело, что он все время путается под ногами. К тому же вы оба могли засветиться, а сейчас показывать, что ты принадлежишь к Конторе весьма опасно.
— Я не принадлежу к Конторе, — пылко возразила я.
— Скажешь это при случае той мрази, что убила Романа.
— Вы до сих пор его не поймали?
— Ну что тебе сказать, Злодейка, — он подался слегка ко мне, наклонившись на стуле, опершись локтями о колени, — меня слегка отвлекли, но мы работаем над этим.
В этот момент мне стало неловко. Вместо того, чтобы ловить того ублюдка, Алекс тратит время на поимку меня. Жаль, что у него немного неверные приоритеты. Но сообщать ему об этом я не спешила. Похоже, он и так был на взводе.
— Думаю, мы выяснили достаточно. Собирайся, любимая, нам пора, — Алекс встал и направился ко мне. Я поднялась ему навстречу, боясь, что подойдя поближе к Марку, тот увидит, что ему гораздо лучше.
— Но Марк без сознания, — слабенько возразила я.
— Уверяю тебя, как только дойдет до дела, он сможет снова в него вернуться, — саркастично заметил Алекс.
Он подхватил меня на руки, между прочим, совершенно беспричинно с моей стороны. Я вполне могла преодолеть расстояние от дома до автомобиля самостоятельно.
— Воспользуемся автомобилем твоего друга. Думаю, он не станет возражать, — усадив меня на переднее сидение и заперев двери, он снова вернулся в дом. Транспортировка Марка происходила немного иначе: он шел сам, по-прежнему в наручниках, сковывавших руки сзади, немного неуверенной походкой, и я не могла понять, ему действительно паскудно, или это лишь часть игры?
Внезапно меня бросило в холодный пот, пальцы рук мелко задрожал. Стало нечем дышать. Я сделала два судорожных вздоха и со страхом огляделась: машина стояла на поляне перед домом, было раннее утро, солнечные лучики пробирались сквозь ветви деревьев, неплохо освещая территорию перед домом и часть леса, прилегавшую к нему. Я ничего не видела, да и не могла видеть. Но мне казалось, что я чувствую взгляд: цепкий, неприятный взгляд, следящий за мной, не упускавший из вида ни одного моего движения. Хотелось закричать, привлекая внимание ребят, но я сдержалась. Возможно это всего лишь ошибка, или последствие пары недавних обмороков. Меня тянуло выйти, чтобы развеять собственные страхи, но что-то остановило странный порыв. Неужели банальный страх? Я действительно боюсь увидеть то, что вызывает во мне тревогу? Может быть, пора, наконец, положиться на интуицию и раз и навсегда развеять сомнения.
Алекс и Марк были близко к машине, когда я сделала попытку выйти, тут же вспомнив, что Алекс меня запер. Черт!
Когда дверцу, наконец, открыли, я выскочила из машины, ошарашив Алекса скоростью и внезапностью порыва. Он даже оставил Марка без внимания, чтобы броситься за мной. Но я немного его опережала. Надоела испытывать беспричинный страх. Хотелось бы знать, что именно вызывает во мне подобное чувство. Или, может быть я просто схожу с ума? Покинув поляну и пересечя кромку леса, я оказалась окутанной его звуками. Мне было плевать, что Алекс меня догнал и сейчас, довольно грубо схватив за плечи, пытается добиться от меня какого черта я делаю. Я была в какой-то прострации, словно слушать и слышать лес было для меня куда важнее, чем все, что происходит вокруг меня в реальности.
— Здесь кто-то есть, — шепнула я Алексу, когда он, уже отчаявшись добиться от меня вразумительного ответа, попытался снова схватить на руки, чтобы унести.
