От Хевины я узнала, что, когда эссель Клеври рассказала им о грядущей проверке, алианы были слегка удивлены. Еще бы им не удивляться! Скажем так, это было нетипичное испытание. Кому какое дело, поладят ли высокородные эсселин с какими-то там беспризорниками или нет, сумеют ли оказаться им полезными. Но для Каррая, по-видимому, это имело значение.
Уверена, все невесты будут из кожи вон лезть, пытаясь выставить себя перед его светлостью в лучшем свете. Поэтому я не представляла, как Аман будет присуждать им очки. Впрочем, проницательности Карраю не занимать, я уже успела убедиться в этом на собственном опыте, и не раз, а потому оставалось только гадать – покинут ли в ближайшее время княжеский замок проигравшие алианы и кого его светлость удостоит самыми высокими баллами.
Весь день я провела в библиотеке Карраев. Читала про древние клятвы, про Гроара и его магию, хоть и понимала, что до меня все эти книги уже были прочитаны и перечитаны Аманом. Но вдруг он что-то упустил, а я возьму да и найду что-нибудь важное. Все лучше, чем бездействие.
Невесты вернулись под вечер. Уставшие, с кислыми минами и влажными от пота лбами – видать, так усердно трудились. Я как раз спускалась из библиотеки на кухню, чтобы немного подкрепиться. Оказывается, при употреблении пищи нематериальной в виде новых знаний просыпается желание употребить что-нибудь совсем другое: сырное, мясное, мучное. Лучше – все вместе.
Чувствуя себя Чили, несколько часов воздерживавшимся от пищи, я спешила вниз по лестнице, когда стражники распахнули высокие тяжелые створки, пропуская в холл невест и его светлость.
Не знаю, что в тот момент произошло. Я не была навеселе и шагала по ступеням вполне уверенно, но ноги вдруг перестали слушаться, и я, оступившись, полетела вниз.
Все произошло настолько быстро, что я даже не успела испугаться. И боль от удара почувствовала не сразу. Только услышала, как Аман громко выкрикнул мое имя, бросаясь ко мне.
Упал передо мной, все еще плохо соображающей, на колени, притянул к себе, взволнованно осматривая.
– Со мной все хорошо, – предвосхитила я вопрос, отражавшийся в его взгляде.
– Все больше утверждаюсь в мысли, что мне стоит привязать тебя к себе, – заявил он, перехватывая мое запястье и легонько его сжимая.
Вокруг нас столпились невесты, но смотрели они почему-то не на меня, а на руку тальдена. Расширенными глазами, словно у него по пальцам бегали тараканы. Я тоже решила посмотреть, что там такого интересного, перевела взгляд и… обмерла. По предплечью Каррая вился стальной узор таэрин, наглядно показывавший всем собравшимся, к кому его светлость испытывает симпатии.
Ко мне.
Я тяжело вздохнула и подняла на девушек глаза. М-да, теперь мы с ними уже точно не подружимся.
– Ну и что тебе от меня нужно? – Амарелия недовольно поморщилась, переступая порог комнаты. – Зачем звала?
– Нам надо поговорить, – сказала Лаали, поднимаясь с кресла, в котором сидела последние несколько минут, придирчиво оглядывая себя в зеркале.
Разве она недостаточно хороша для князя? Кожа нежная, приятного золотистого оттенка, правильные черты лица и стройная фигурка. А у него только и мысли, что об этой мерзавке!
Этой своей рабыне!
Вон уже и таэрин проявилась.
– Поговорить? Нам с тобой? – изогнула бровь эсселин Валейн. – О чем?
– Знаю, мы никогда не были подругами…
– С чего бы нам ими быть? – хмыкнула алиана.
– Не перебивай меня, пожалуйста, – нахмурилась Лаали, но тут же взяла себя в руки и сказала: – Ты ведь ненавидишь Риан.
– Ненавижу – это громко сказано, – пожала плечами девушка. – Просто она мне неприятна, и ее поведение меня раздражает. Ведет себя так, будто она здесь хозяйка.
– Все прочили тебя в жены Шахиру, но он выбрал Риан. И вот теперь ты на отборе, на котором жених ни во что нас не ставит. Ни меня, – Лаали грустно улыбнулась, – ни тебя. А все из-за кого? Из-за все той же Анвэри.
– К чему ты клонишь? – раздраженно вскинулась Амарелия. Ее задели слова соперницы, вонзились ей в сердце острыми шипами. – Объяснись немедленно! У меня нет времени на пустые разговоры!
– Я хочу сказать, что в этот раз нам не следует сидеть сложа руки. Нам надо действовать! – запальчиво воскликнула Лаали. – Одна из нас вполне может стать его ари. – Выдержала паузу, исподлобья поглядывая на алиану. – И быть до конца своих дней несчастной, ведь он все равно будет любить свою рабыню.
– Действовать как? – фыркнула эсселин Валейн, скрестив руки на груди. – Или ты уже забыла, что стало с Маргаид? Князь выставил ее с позором. Я для себя подобной участи не желаю.
– А участи законной жены, которая всю жизнь проведет в тени рабыни, значит, желаешь?
– Все, я ухожу.
Амарелия развернулась, собираясь сию же минуту покинуть чужие покои, но Лаали ее удержала. Схватила за руку и страстно зашептала:
– Послушай! Со мной связалась княгиня Каррай! Ей не нравится все, что происходит сейчас на отборе. Не нравится, как Риан себя ведет. Как много она себе позволяет.
– Связалась как? – Амарелия настолько удивилась, что даже не подумала разозлиться на девушку, которая столь бесцеремонно ее сейчас удерживала.
