Всё было готово. Но я всё равно очень волновалась. Боялась, что не справлюсь… Руки тряслись так сильно, что зелье после добавления волоса даже мешать не пришлось! А зубы настолько громко стучали о стекло, что Викторио не выдержал, раздражённо поджал губы и вышел из комнаты. Однако всё обошлось.
С обменом тоже не возникло никаких трудностей — хотя по городу мне всё же пришлось немного полетать — и через несколько часов Николай в облике Лотара заявился в покои Виттории, сопровождаемый растерянно озирающимся лекарем.
— Он говорит по-нашему, — приблизившись к Викторио, шепнул мужчина.
Тот удивлённо вскинул брови и уточнил на местном:
— А этот язык вы понимаете?
— Да, — кивнул Николай. — Причём значительно лучше.
— Тогда проблем нет. Ты свободен.
Лекарь испарился.
— Где моя жена? — когда за мужчиной закрылась дверь, в лоб спросил Николай.
— Вы имеете в виду Милию?
— Я не знаю, как её зовут.
— Прошлую или нынешнюю?
— Всё моё прошлое осталось в том мире. Сейчас меня интересует королева. Или я что-то неправильно понял?
— Нет. Всё в порядке. Это была проверка. А Виттория — моя сестра и ваша официальная супруга — находится в соседнем помещении. Ждёт, пока очнётся служанка, которая вас сюда переместила. Прошу.
Викторио указал на дверь, ведущую в королевскую спальню. Николай молча в неё прошёл. Я, как и прежде, просочилась за ним и зависла ближе к потолку, откуда мне было всё прекрасно видно и слышно.
Николай немного волновался, но старался этого не показывать, лишь изредка вытирая вспотевшие ладони о штаны. А когда к нему вопросительно повернулась королева, замер и медленно опустился на одно колено, не сводя с Виттории восторженно округлённых глаз.
— Ваше Величество, — хрипло произнёс он. — Я не знаю, чем заслужил счастье очутиться перед вами, но если вы позволите мне стать для вас поддержкой и опорой, если разрешите стоять рядом в минуты горя и радости, честное слово, я никогда не заикнусь о большем! Не потребую взаимности, не попрошу о любви. Буду просто служить вам. Верой и правдой. До самой смерти.
Наверное, Виттории было сложно поверить в искренность Николая. Незнакомцы редко клянутся в вечной любви впервые встреченным женщинам. К тому же перед ней стоял ненавистный Лотар с огромным фингалом под глазом… Поэтому она не нашлась что ответить. Зато сообразил её брат:
— А с чего вы взяли, что разговариваете с королевой?
— Вы же сами сказали, что она сидит у постели служанки, — Николай поднялся, всем корпусом развернувшись к Викторио. — А кроме них здесь никого нет. Но если я ошибся, можете сделать со мной что угодно: убить, отправить обратно в мой мир или заменить кем-то другим… Потому что я согласен быть только с этой женщиной. И если в данном теле это невозможно, пусть лучше не будет меня. Ещё одной жизни без права любить того, к кому тянется сердце, я не вынесу.
— Лотар бы такого не заявил, — мягко заметила Виттория. — Власть для него — всё. Он бы ни за что от неё не отказался. Даже мнимо, ради крупной интриги. Слишком большой риск.
— Я не знаю, как повёл бы себя король в данной ситуации. Но вы можете объяснить мне, что нужно изменить, чтобы ни у кого непосвящённого не возникло никаких подозрений на мой счёт. Я быстро учусь.
— Ничего менять не надо. Мне всё нравится, — смущённо вставила Виттория, вновь переключив внимание Николая на себя.
И тот опять завис, встретившись с ней взглядом. А я довольно улыбнулась. Потому что знала, в чём причина столь внезапного желания Николая положить жизнь к ногам Виттории.
Внешне она была безумно похожа на мою старшую сестру. Настоящую. Недаром я с первого дня прониклась к ней симпатией… А когда узнала получше, полюбила сильнее родной сестры. Ведь внутри, по моральным качествам, Виттория оказалась стократ лучше Любы. В том числе благодаря воспитанию.
Мои родители держали нас обеих в ежовых рукавицах. И основным аргументом против всяких хотелок было отсутствие финансов… Неудивительно, что Люба практически продала себя замуж. Я бы тоже так поступила. Но мне повезло меньше. Я влюбилась… У Виттории же ценности были другие. И они гораздо больше гармонировали с приоритетами Николая. Так что в счастливом будущем королевской четы я не сомневалась.
— И всё же обучить своего суженого основам этикета, манерам и ключевым правилам дворца тебе придётся, — встрял Викторио, напрочь разрушив всю романтику момента. — Причём в кратчайшие сроки. Иначе его мигом раскусят.
— Непременно, — кивнула Виттория.
— А каким был тот человек, чьё тело я занял? — в свою очередь поинтересовался Николай. — Чем он заслужил такое жестокое наказание?
— Пытался избавиться от меня тем способом, который мы в итоге применили к нему, — кратко поведала Виттория. — Я спаслась только благодаря активному участию Милии. А разве она вам не рассказала, как рисковала жизнью ради меня?
— Нет. Хвастаться — не в её натуре. Мы вообще по поводу вашего мира только парой слов перекинулась. Большую часть времени ей пришлось доказывать мне, что она — это она.
— То есть вы не понимали, на что подписываетесь?
— Разве что в общих чертах. Совсем общих.