Я сидел и обдумывал его слова, а потом достал телефон для нескольких звонков. Покончив с этим, я направился вниз, чтобы закрыть свой участок и мастерскую, а затем поехал домой готовиться.
Хадсон ошибался только в одном. Я обращал внимание на то, как папа относится к моей маме.
В частности, как он приносил ей цветы только за то, что она надевала его любимое платье в тот день или готовила его любимое блюдо. Так что, поразмыслив, хочу ли пойти по его стопам, я заглянул в один магазин, который находился не по пути, так как Джорен клялся, — это избавляет его от неприятностей каждый раз, когда он не приходит домой.
Я вышел оттуда, чувствуя себя чертовым идиотом после того, как потратил триста долларов на розы. Я даже не знал, любит ли Атлас цветы. Я знал, что у неё нет другого выбора, кроме как полюбить эти или…
Нет.
Не может быть никаких «или». Нет, если я хотел «после». Я бы просто стал мужиком, как она мне столько раз говорила, и молился, чтобы они ей понравились.
Я судорожно сжимал стебли цветов, уговаривая себя успокоиться, но все, что я мог делать, — это представлять её реакцию, и в итоге мой желудок вытворял какую-то странную хрень, от которой мне хотелось блевать. Черт. Почему здесь так чертовски жарко? Я вздохнул и оттянул воротничок на шее, несмотря на то, что была середина зимы.
Мне все ещё нужно было убедить Атлас пойти со мной на свидание.
Нет.
Она пойдет со мной на это свидание, даже если мне придется вырубить её, чтобы доставить в ресторан.
Я заметил фигуру в капюшоне, которая задержалась возле моей машины, пока он смотрел в противоположном направлении, и, подкравшись к нему, я прижал дуло к его виску ещё до того, как он понял, что я рядом. Фигура замерла, и, хотя я не мог видеть его лица, знал, что он раздумывает над тем, чтобы сделать шаг.
— Ты выбрал подходящий вечер, чтобы испытать меня, иначе я бы разбрызгал твои мысли по асфальту и задавал вопросы позже. К счастью для тебя, сегодня вечер свиданий. Моя девушка не оценит, если я опоздаю, так что у меня действительно нет времени прятать твое тело.
— Надеюсь, это та самая девушка, ради которой ты заставил меня сделать это, — воспользовавшись моим замешательством, он вытащил руку из кармана толстовки и из бледных татуированных пальцев показалась знакомая нитка жемчуга.
— О. Виноват, — я опустил руку, чтобы убрать пистолет, и он повернулся ко мне лицом, пугая своими голубыми глазами. Его кожа была настолько прозрачной, что сквозь неё виднелись вены, а белые волосы создавали впечатление, будто он может исчезнуть в любой момент. Ублюдок был похож на призрака. Он даже двигался так, словно был не от мира сего. — Как дела, Би?
Британ пожал плечами и осмотрел место событий, прежде чем сунуть мне украденную вещь.
Я попросил его отобрать его у той грубой суки, которая пришла в мастерскую и разговаривала с Атлас свысока, словно та была ниже её.
Я не мог объяснить свою потребность наказывать всех, кто перечил Недосягаемой Мечте, но тем не менее собирался защищать её честь. После встречи с её матерью я понял, — Атлас считает, будто у неё нет никого, кто мог бы встать на её сторону.
— Спасибо, — сказал я Британу, убирая жемчуг в карман. — Я поговорю с остальными и обсудим, готовы ли мы согласиться. У тебя не будет много предупреждений, так что будь готов, действуй быстро и не пори чушь.
Британ кивнул, и я пожал его холодную руку, после чего отослал его в путь.
Я смотрел, как он перебежал улицу и запрыгнул на заднее сиденье «Понтиака G8». Водительское окно опустилось, и рожа корейского ублюдка показалась за секунду до того, как он отмахнулся от меня и попытался уехать.
Видимо, он все ещё чувствовал себя как-то неловко из-за того, что я схватил его за задницу. Жаль, но мне было наплевать.
Во второй раз за сегодняшний день я выхватил пистолет.
Идеально прицелившись, я прострелил ему лобовое стекло, обе задние шины и багажник.
Хреново, если у них там кто-то есть.
Кай потерял контроль над «восьмеркой», несколько раз крутанулся и остановился посреди улицы, а немногочисленные люди в это время закричали и побежали в укрытие.
Я сел в свой автомобиль, завел его и рванул с места, после чего остановился рядом с ними, прикрыв рот кулаком в издевательском удивлении, когда все четверо уставились на меня, как на сумасшедшего. Похоже, та маленькая сучка-диджей, которая слишком пристально разглядывала мою девочку, и не собиралась участвовать в этой игре.
Кай вцепился в свои волосы и выглядел так, словно был в нескольких секундах от того, чтобы разрыдаться, а двое других — Малик и тот, кто всегда выглядел так, словно его собака умерла, — вышли из машины, чтобы осмотреть повреждения. Британ был единственным сохранившим спокойствие, когда негромко обратился к Каю, который уставился на меня.
— Скажи своей сучке, чтобы зашла в мастерскую, и я предложу ей хорошую цену, которая позволит починить её машину.
— Это моя машина, придурок! — закричал на меня Кай.
— Я не с тобой разговаривал.