– Аккумуляторы выглядят двенадцативольтными. Галогены можно подключать к гораздо меньшим. Остальное пространство, я уверен, заполнено порохом. Блестяще. Никто не заинтересовался прожекторами и аккумуляторами, стоящими на месте преступления. Другие загадочные контейнеры осмотрела группа по обнаружению и обезвреживанию взрывных устройств.
– Но что является целью? – осведомился Купер.
Краткое молчание нарушила Амелия Сакс:
– Господи.
– Что такое?
– МОС. – Она достала из сумочки визитную карточку и быстро подошла к снимкам мест преступления. – Черт возьми, Райм, я упустила это из виду. Совершенно упустила.
– Продолжай.
Она постучала по экрану.
– Эти желтые ящики с буквами МОС на боковой стороне. Там кабели Интернета, принадлежащие Международным оптоволоконным сетям. – Сакс подняла карточку. – И здание, находящееся прямо над местом убийства Саманты Ливайн, – штаб-квартира МОС. Она работала там. Я расспрашивала главного администратора почти сразу же после ее смерти. – Амелия вывела на экран место убийства Хлои Мур. – Вот. Такие же ящики.
Еще один ящик был виден в туннеле под гаражом в «Бельведер апартментс».
Сакс продолжала:
– В больнице в Марбл-хилл, где произошло нападение на Гарриет Стэнтон, я не спускалась под землю и не искала туннели. Но держу пари, где-то там есть сетевые концентраторы МОС или что-то в этом роде.
– Кто-то хочет взорвать эти ящики, – сказал Пуласки. На его лице появилось загадочное выражение. – Послушайте – подумать только, перебои в работе Интернета! Говорят, традиционные кабельные компании саботируют новые оптоволоконные системы? Держу пари, все дело в них.
Снова заговорила Сакс:
– Возможно, наш Собиратель Кожи чувствует себя наследником Собирателя Костей, но в чем суть? Это прикрытие. Его наняли пронести под землю взрывчатку, чтобы уничтожить сетевые концентраторы Международных оптоволоконных систем.
– Что произойдет, если они будут взорваны? – спросил Пуласки.
– Вообрази, что будет, если весь Интернет на Манхэттене прекратит работу.
– Банки, – негромко произнес Райм. – И больницы, полиция, национальная безопасность, управление воздушным транспортом. Позвони Деллрэю, пусть предупредит Министерство внутренней безопасности. Думаю, потери будут исчисляться сотнями смертей и миллиардами долларов. Позови нашего компьютерщика Родни Шарнека к телефону. Немедленно.
Гарриет Стэнтон возвращалась со своим мужем Мэттью из медцентра Верхнего Манхэттена в Марбл-хилл. Они ехали в такси, на счетчике – пока что – было около семнадцати долларов.
– Только посмотри, – негромко сказал Мэттью, глядя на счетчик. – Можешь себе представить? Когда подъедем к отелю, будет тридцать. Метро было бы дешевле.
Мэттью всегда был скуповатым. Теперь, после соприкосновения со смертью – или с нью-йоркским здравоохранием, – его расположение духа не улучшилось.
Гарриет с ее манерой поддакивать ответила, что, учитывая районы, через которые они проезжали – Бронкс и Гарлем, – не лучше было бы как-то иначе истратить эти деньги?
– И посмотри, какая погода.
Там, где они жили, в южном Иллинойсе, погода бывала такой же холодной и промозглой. Только не казалась такой
Мэттью взял ее за руку, что означало «Пожалуй, ты права». Его выписное свидетельство было если и не безупречным, то не таким скверным, как могло бы. Да, этот случай был сердечным приступом – или, на медицинском жаргоне, «инфарктом миокарда», – но операции не потребовалось. Лекарства и медленное, постепенное увеличение физических нагрузок, сказал им врач. Аспирин, разумеется. Постоянно аспирин.
Гарриет позвонила их сыну Джошу в отель, велела собрать все рецепты, какие выписал врач, и идти в одну из ближайших аптек. Мэттью молча сидел, откинувшись на спинку сиденья, и смотрел в окно. Его интересуют люди, решила она, судя по тому, как взгляд мужа перебегал от одной группы прохожих к другой.
Таксист высадил их перед отелем. Здание это было выстроено в тридцатых годах, решила Гарриет, и с тех пор определенно не реставрировалось. Оно было желтовато-серым. На обшарпанных стенах и застиранных шторах виднелся уродливый геометрический рисунок. Отель напоминал ей гостиницу «Муз-лодж» у них дома.
Убогий декор и стойкий запах лизола и лука ее раздражали. Но, может, дело заключалось в сердечном приступе мужа, в срыве ее планов? Они поднялись на лифте на десятый этаж, вышли из кабины и направились к своему номеру.
Гарриет решила, что нужно помочь мужу улечься в постель или, если он не хочет ложиться, подать ему шлепанцы, удобную одежду и заказать какую-то еду. Но он отмахнулся от нее – правда, с легкой улыбкой, – сел за истертый стол и включил компьютер.
– Вот, смотри. Я же говорил. Пятнадцать долларов в сутки за Интернет. В «Ред-руф» он бесплатный. В «Бест-Уэстерн» тоже. Где Джош?
– Пошел в аптеку с твоими рецептами.
– Заблудился, наверно.
Гарриет положила грязную одежду в мешок для химчистки, с которым собиралась спуститься в прачечную самообслуживания в подвале. Хоть за это ей не придется платить. Черт знает что.
