Это загоняло в тупик. Он и представить не мог, куда он попал. Судя по всему, его скинули в реку, а быстрота волн той унесла его тело, не пойми куда. Решение в этой задаче было, и довольно простое. Стряхнув песок с себя и промокшего под дождем плаща, что нашелся рядом, Фаван уверенно двинулся вверх по течению. Рано или поздно он все равно должен выйти на людные местности. На это была его надежда. Но судьба располагала иначе.
Леса в этих местах были весьма обычными, как и его обитатели. Ступать по его территориям в дождь, перерастающий ливень, было сложновато. В эти часы в голове Фавана не было ничего, кроме пустоты. Он не думал о грязи под ногами, скользкой траве и выступающих из-под земли корнях. Его разум ничего не занимало, но это если не брать в счет одного.
С самого детства он пытался быть настоящим темным и телом, и духом. Перенимал все их привычки, впитывал их злобу и ненависть к другим расам. Вражду воспринимал как личную. Он в этом преуспел. Только потому он испытывал неприязнь к оборотням. Кто же мог подумать, что один из них, пусть и нечистокровный, окажется тем, из-за кого он поставит себя под удар. Жалел ли он? Пожалуй, нет. Свою судьбу под удар он по глупости мог поставить и ради светлого, и даже лесного.
Эти долгие дни в пути бок о бок с представителями враждебной расы его многому научили, и в первую очередь, дали понять, что ненависть - это не решение всех проблем. Иногда стоило посмотреть на мир с дружелюбием и тогда, быть может, и она станет добрее. Судьба не всегда бывает справедливой, стоило ли жаловаться на нее теперь?
Произошедшее вернуло Фавану здравомыслие и позволило, наконец, стать таким же, как и прежде. Небольшие в нем изменения в счет брать не стоило. Они были слишком незначительными.
Он пробирался сквозь чащу леса сквозь занавес ливня без труда уворачиваясь от низких веток, то и дело норовящих хлестнуть его по лицу. От самого ливня он укрывался как мог. Точнее, он просто накинул на голову капюшон длинного плаща. Промокнув, ткань стала тяжелее и вместо того, чтобы спасать от непогоды, давила на плечи.
Тихий скул долетел до его слуха, словно изо всех сторон, но шум ливня неумолимо заглушал все звуки. Несмотря на то, Фаван попытался прислушаться к тишине леса и определить, что же это было. К его везению скул повторился, но уже тише, чем прежде. Впрочем, ему было и этого достаточно, чтобы определить, откуда он доносился. Не боясь последствий, Фаван сбился с заданного курса и направился на поиски источника звука.
Искал нужное он недолго. Уже совсем скоро он обнаружил в лесу ослепительно белого волка, каких в общем-то в этих местах водиться не должно. Этот зверь лежал без всяких сил в луже собственной крови, смешанной с грязью. Его задние лапы были придавлены тяжелым бревном, судя по всему, ран на нем было немало и переломов на задних конечностях было больше, чем достаточно.
Зверь был слишком слаб и, завидев незнакомца, только глухо зарычал. Фаван не обращал внимания на его недоверие и безбоязненно присел рядом. С беспокойством, впрочем, ему не присущим, темный принц освободил его лапы от тяжести бревна и осмотрел раны. Открытые переломы всегда были тем, что он плохо переносил. И от одного этого вида уже становилось дурно. Волк дернулся, как только принц потянулся к нему. Фаван предпочел не обращать на то внимание.
- Как тебя угораздило-то? - недоумился он, хмурясь.
Волк в ответ на то зарычал, скаля острые клыки.
- И не рычи на меня, - тихо проронил темный принц, недовольно посмотрев в зеленые глаза. - Я помочь тебе хочу. Сомневаюсь, что тебе самому приятно свое положение.
Зверь, словно поняв, отвел взгляд и сделал глубокий вздох. Его белоснежная шерсть была испачкана в крови и облеплена грязью, и даже этот ливень не многим спасал.
Фаван был доволен своей победой. Он откинул подол плаща и обратил внимание на открытые раны. Крови волк потерял слишком много и только Богам известно, как он до сих пор оставался живым. Рисковать, теряя еще больше времени, темный принц не стал. Сосредоточив на ладони нити лечебной магии, он попытался его исцелить. Магия не способна на многое. Она не может вернуть утраченное здоровье. Несомненно, она исцелит некоторые раны, вправит кости, но многое останется прежним. К примеру боль, которая будет беспокоить некоторое время. Будь это просто рана, без переломов, все было бы гораздо проще. Но, увы, Фавану везло меньше.
Зверь скулил от боли и по нескольку раз пытался цапнуть его за руки, вырваться, но, пресекая эти неудобства, Фаван все же справился. Не столь блестяще как это делают настоящие лекари, но тоже сошло.
Сил у волка ничуть не прибавилось и, несмотря на исцеленные ноги, встать самостоятельно не смог. Фаван и сам не стал дергать его в жажде убедиться в правильности заживления костей, но и бросить его там уже не мог. Волк улегся, положив голову на лапы.
- Не хочешь подняться? - выдохнул Фаван, вставая. - Тебе б поесть, дабы сил набраться.
Печальный взгляд зверя переметнулся в сторону темного принца. Тот всплеснув руками воскликнул:
