Скрепя сердце, Фаван судорожно вздохнул и уверенно вошел в пещеру. Впрочем, изнутри она оказалась более просторной и теплой, словно в ней уже был свой житель. Темный принц уселся на пол и, оперившись спиной о каменные стены, канул в глубины раздумий, уже ничего не замечая. Беспокойство поселилось в его сердце и червем поедало его изнутри. Осознать происходящее он не мог, как ни старался. Все было слишком не реальным, невозможным...
Сумерки спустились на землю незаметно. Темный эльф был поглощен своими мыслями и просто потерял счет времени. Но едва уловимый шорох, раздавшийся где-то неподалеку, вернул его в реальность. С осколком непонимания в сердце Фаван прислушался к тишине.
Долгое время ничего не происходило. Совершенно ничего. Но в ту минуту, когда опасение покинуло его, шум повторился. Темный принц поднялся с места и подошел к выходу из пещеры. Долго он вглядывался в темень этой ночи, но ничего кроме скал и валунов разглядеть не сумел. В один миг, совершенно неожиданно воздух разрезал маленький дротик и воткнулся прямо в шею эльфа. Тот дернулся и, тихо шикнув, выдернул его и посмотрел на предмет с удивлением. И тут сознание покинуло его, позволяя без чувств пасть на холодные камни.
* * *
Ночь в легком, изящном вальсе опустилась на землю, заключая мир в своей темноте. Редкая россыпь звезд охватила небосвод, а во главе всего, как и всегда, стояла луна. Тишина была путником этой ночи, покой сопровождал их верным стражем. Как и в самой таверне, пустовавшей в столь поздний час, что само собой странно. Обычно именно в эти часы от посетителей нет отбоя. Трактирщик закрывал двери таверны ровно в полночь, объясняя это одной фразой: "Это приличное заведение, где постояльцам предоставляют должный покой, а не забегаловка, в которую могут забрести те, кому в резон выпить".
Его мнения разделили многие и соглашались с каждым его словом. Постояльцев, как таковых, у него было достаточно, и все как один, из приличного общества. Там были и представители тех нередких семей, брезгующие теми, кто был на нижней ступеньке финансовой лестницы.
В эту ночь уснуть Сэм просто не смог. Он до позднего часа лежал, уставившись на потолок. В этом безмолвии слышалось только ровное дыхание спящего на соседней кровати Рохана. Мысли его занимало многое и в большей части он раздумывал, как и где у него было больше шансов найти темного эльфа. В его смерть он просто не мог поверить. Все ведь не могло кончиться так просто.
Ведомый этими мыслями Сэмиан поднялся с кровати и бесшумно направился к дверям. Более оставаться в закрытом помещении он не мог. Стены словно давили на него со всех сторон, стремясь задушить, заключив в плен. Ему было просто необходимо выйти на свежий воздух. Но как только его пальцы коснулись ручки двери, за спиной раздался тихий шепот Рохана:
- Куда ты?
Сэмиан недолго помешкал, храня молчание. Многое в этот час мешало ему ответить, и неспокойная идея одно из объяснений. Немного помолчав, Сэмиан, не оглядываясь, все же ответил:
- Хочу пройтись... Я скоро вернусь...
Сказав это, он скрылся за дверью, оставляя Рохана одного в опустевшей комнате. Блондин задумчиво нахмурился. Но, не глядя ни на что, не стал долго ломать голову над странностью в поведении Сэма. Рохан поновой улегся, укутался в теплое одеяло и закрыл глаза, позволяя Морфею объять его покоем добрых снов.
* * *
Час проходил за часом, день пробегал за днем, но Освальд все не отходил от повелителя. Война продолжала разрастаться, поражая большую часть земель как смертельный вирус, а Владыка лежал в своих покоях и не приходил в сознание. Его самочувствие с каждым часом становилось все хуже и результат того налицо. Он сильно истощал, а кожа его стала необычайно бледной и сухой.
Созерцать эту картину было не по себе. Народ не ведал, что происходило в стенах замка, но вопросов и у них возникало слишком много. Тьма давила на них, лишая и малой надежды на спасение. О победе над ней не могло быть и речи. Она была уж слишком сильна.
От избранных давно не поступало никаких известий, что уже лишний раз погружало в отчаяние. Народ не знал, во что верить и на что надеяться. Живы они или давно сгинули? Ответов на их вопросы не было ни у кого. Оставаясь в неведении, они теряли веру в будущее. Счастливое будущее. Некому было спасти их в этот час. Даже боги словно отвернулись от них.
В эту самую ночь Освальд сидел на кресле подле постели правителя и, о чем-то задумавшись, смотрел в окно. Тревога поселилась в его сердце, не давая ему покоя. Неясное предчувствие чего-то неумолимо поедало его сознание, заставляя то и дело с беспокойством поглядывать в сторону императора.
Тьма еще никогда никого не щадила, так, с чего бы вдруг в этот раз все будет по другому? Этот факт невольно нагонял на ум не самые спокойные и радужные мысли. Как бы хотелось это исправить, чтобы все было как раньше. Но, увы. Тьма неотступна, а силы темных эльфов ограничены. Без правителя у них нет в себя веры, а без веры нет победы. Темный народ был обречен.
