Аппетит сразу пропал. Мне не хотелось, чтобы Одди был в курсе нашей с Актазаром близости. Однако понимала, что утаить подобное все равно бы не получилось, рано или поздно, вожак бы узнал. Почему я волновалась по этому поводу? Одди ведь мне никто! Но почему-то возникло такое чувство, будто я его предала. Волчий бред! Если мы истинная пара с Одди, тогда почему же он держится на расстоянии? Или опасается гнева Мэл? А может, ему противна мысль, что я отдалась его брату? Я понятия не имела, как жили волчицы в стае. Делили они постель с одним волком или им было разрешено менять мужчин? Я выросла среди людей, мама воспитала меня по человеческим законам. Она мне не раз говорила, что женщина должна принадлежать только одному единственному мужчине. Замуж мои подруги выходили невинными. Чистота невесты была обязательным условием брака. Были, конечно, и исключения, как у моей матери. Она отдала свою невинность Арману, а потом год прожила в логове врага и не по своей воле делила постель с волком, который и стал моим отцом. Однако Арман принял мою маму, женился на ней и ни разу не упрекнул в том, что она была с волком. Потому что понимал, что иного выхода у нее не было. Глядя на родителей, я осознавала, что любовь способна преодолеть все преграды. Арман ведь знал, что воспитывал полукровку, но ради мамы сохранил этот секрет. Его любовь к моей матери настолько сильна, что Арман признал меня родной дочерью, хотя по сути, я дитя его заклятого врага. Папа никогда не считал меня чудовищем. Может, если мы с Одди начнем общаться, познакомимся поближе, между нами вспыхнет огонь, который затянет все раны и исцелит наши души? Очень хотелось в это верить.
Вот только как приблизиться к вожаку, если он держится на расстоянии? Удивительно, что сегодня подошел, и мясо для меня приготовил. Знать бы, что творилось в его голове.
Актазар тяжело вздохнул, нежно провел рукой по моей голове. Заметила, как в его взгляде вспыхнул огонь желания. У меня невольно краска прилила к щекам, когда осознала, что этот волк даже без зелья желал меня.
– Одди поинтересовался о том, что хотел от нас Серафим, и я поведал ему обо всем, что случилось, – пожал плечами Актазар, выдернув меня из размышлений.
– И что Одди? – спросила, затаив дыхание.
Интересно, разочаровался? Разозлился? Ненавидит меня еще сильнее? Он ведь просил меня удерживать Мэл, но я не справилась и погиб его брат, просил не подпускать к себе Актазара, и снова я подвела.
– А что он? – вскинул брови полукровка. – Ревнует, хоть и старается скрыть свои истинные чувства, – усмехнулся Актазар. – Одди понимает, что от него ничего не зависит. Пару выбирают самки. Чтобы дать этому миру разумное потомство, волчица должна быть сильнее самца, иначе появятся волчата, которые не смогут контролировать своего внутреннего зверя. Ты победила и меня, и Одди. Так что, кого бы из нас ни выбрала, стая одобрит такой союз. Но сначала надо разобраться с Мэл, а потом уже думать про все остальное.
– Но наш с тобой союз может дать жизнь первородному волку, – возразила я.
– Это всего лишь легенды, – хмыкнул Актазар.
– Я правильно тебя поняла? Если захочу обзавестись мужем по волчьим законам, мне всего-то стоит бросить вызов волку и в присутствии стаи одолеть его? Тогда получу благословение остальных оборотней? – уточнила на всякий случай.
– Ага, – кивнул Актазар. – Нам с Одди часто бросали вызовы волчицы, но мы всех одолели. Мы же во время боя не можем поддаваться, звериная сущность полностью вытесняет человеческую часть души. Пока ты единственная, кто смог побороть нас, но это ритуалом не считалось, потому что у нас была настоящая битва не на жизнь, а на смерть, а не поединок. Но я уверен, что если повторить все это в присутствии стаи, ты снова одержишь победу.
– Тогда мне помогала Мэл. Если уничтожим ее, не уверена, что мне хватит сил одолеть вас снова, – призналась я в своих страхах.
– Не сомневайся в себе. Ты и без Мэл очень могущественная, главное принять себя такой, какая ты есть, и тогда ощутишь внутреннюю силу, а если будешь сопротивляться, только хуже себе сделаешь. Мэл – всего лишь разумное создание внутри тебя, уничтожив ее, ты не перестанешь обращаться. Ведь в твоих венах течет волчья кровь.
– Спасибо за поддержку. Все же надеюсь, что смогу стать человеком, хочу вернуться к маме, – заявила я.
Откусила яблоко, но вкуса не почувствовала. Меня терзали сердечные муки, стоило лишь представить, что покину стаю. Дома конечно хорошо, но там меня ждало замужество с Дамиром или Генри. Поморщилась, вспомнив этих мужчин. Но и с волками оставаться опасалась. Где же мой дом? Надеялась найти ответ на этот вопрос.
– Мне нужно отойти… – смутилась я, заерзав на месте, пытаясь отстраниться от Актазара.
– Конечно, – оживился полукровка и переместился с моих колен на траву. – Если заметишь хищника, зови на помощь, спасу тебя, – подмигнул он мне.
– Непременно, – кивнула в ответ.
Стоило сделать шаг, и Актазар поймал меня за руку, не позволил уйти, пытливо смотрел в глаза.
