Вышел с «Хлебозавода», пошел по улице в сторону Совы. Ну, так вокзал Савеловский сокращенно называют. Иду, смотрю вокруг. Здесь, конечно, не то что в центре. Исторических зданий мало. Я для себя решил: на памятниках культуры не рисовать, как-то это не айс. Если вижу памятную табличку, я всегда останавливаюсь, читаю. Это нас классная приучила. Типа нужно знать свой город. Хотя если подумать, есть такие исторические здания… ну в очень плачевном состоянии. Если их разукрасить каким-нибудь куском, то его быстрее отреставрируют. Ну, это я так фантазирую. Ищу плюсы в вандализме. Смешно.
Короче, зашел я в какой-то глухой двор, увидел трансформаторную будку. На ней уже было много тегов, и для моего найдется местечко. И главное, ни один не закрашен. Наверное, это какой-то прогрессивный двор и здесь любят стрит-арт.
Открываю баллончик, делаю первый пшик. Краска стекает по белой кирпичной стене, как будто я раздавил гигантского комара-мутанта, насосавшегося до отказа.
Блин, вспомнил. В инете писали, что надо баллончик сначала потрясти, чтобы краска со дна поднялась и цвет был ровный.
Так круто шарик в баллончике перекатывается! Приятный звук такой. Вот твое призвание – трясти баллончик, Лужников. Давай, попробуй сделать первую каплю. Это тебе не гараж красить.
Прицелился к стене, нажал. Краска пошла ровной струей. Держу баллон на расстоянии, так расход будет меньше. Сначала нарисовал красную точку. Это уже не раздавленный комар, больше похоже на мишень. Неплохо, а теперь попробую от точки сделать спираль. Да, вот здесь уже начинаются трудности, от постоянного нажима рука затекает. Кое-как нарисовал спираль, больше получилось похоже на булочку. Да, надо было художку все-таки не бросать, первый блин вышел комом. Достал маркер, машинально взболтал его. Оказывается, там тоже есть шарик. Прикольно. В каждом витке спирали нарисовал палочки. О, теперь что-то похожее на улитку. Какой-то образ уже вырисовывается. А может, это вообще не улитка, каждый увидит в этом что-то свое. Может быть, это вообще проход в другую реальность. Серый, вот, искал зеленую дверь, а она оказалась красной, да еще и не дверью, а спиралью.
Вдруг кто-то схватил меня за ухо. Больно так, капец. Даже крикнуть не могу.
– Ах ты, засранец. Ну я сейчас тебе задницу надеру!
Сумасшедшая старуха, у нас таких во дворе полно. Раньше на лавочках у подъездов сидели, а теперь, когда лавки убрали, чтобы алкоголики и наркоманы не собирались, они с балкона друг другу кричат. И откуда только она появилась? Глаза бледные-бледные, лицо и шея в морщинах, как гармошка противная, халат в горох с засаленными краями, в трясущейся руке мухобойка или что-то типа этого. Это она ковер вытрясала от пыли. Повесила на турник. Как она до него дотянулась?
– Сейчас милицию вызову, дрянь ты эдакая! Руки бы тебе поотрывала, паскудник!
Не отпускает меня, держит крепко, собака.
Я корчусь и извиваюсь, как спираль, от адской боли. Бабка лезет когтистой рукой, хочет у меня отобрать баллончик. Я выкручиваюсь и выхватываю у нее мухобойку.
Отпустила. Синяк будет. Оттянула мне ухо. Теперь точно буду уродом, как Туся писала.
– Отдай, негодник!
– Бабуля, запомните, это все стрит-артом называется!
– Чего говоришь?
– Граффити… Слышали?
И ударение так нарочито на второй слог ставлю.
– Ты совсем ненормальный? Тебе лет сколько? На каком языке говоришь?
В конце я зачем-то добавил:
– У нас уже давно полиция, а не милиция.
Забросил мухобойку в высокую траву и бежать – пусть ищет теперь до вечера. Бабка еще долго какие-то проклятья вслед кричала, половину слов не разобрать. Беззубая, шепелявит, свистит – будто струя из баллончика.
На часах тринадцать тридцать пять. Время еще есть. Правда, народу на улице много, палевно. Я видел, в магазине стикеры продавали, вот с ними наверняка удобнее. Дома нарисовал свой тег, идешь себе спокойно, вокруг толпа людей, подходишь к водосточной трубе. Момент – и тег уже на ней, рядом с объявлениями. И места всем хватает, и много так этих стиков налеплено – они как ярлыки на рабочем столе. Надо будет, как значок забирать пойду, купить их, они в наборах с маркером продаются – выгодно.
Так интересно, вот раньше я совсем не обращал внимания на стены. А ведь они говорят! Стал записывать в телефон понравившиеся цитаты. Может, Кулек тоже так делал. Записывал, записывал, а потом в рюкзак-кулек перенес цитатки и присвоил себе. Мутный этот Кулек, мутный.
Прикольно сказано. Загуглил. Не нашел автора, но цитируют в инете многие.
Вроде фильм такой был. А, точно. Только там «Красивый, плохой, злой». Ну че, классно, одно слово поменял и уже можешь сказать, что сам сочинил.
Вот это я понимаю! Мне надо так же Серому на асфальте около его дома написать. Баллончик, правда, белый нужен. Красный как-то не очень будет. Он мне пятьсот рублей должен, брал на билеты в кино.
А вот еще: