- Нет, не надо врачей. Помогите женщине, — вспоминаю слова, о том, что сотрудники скорой ещё пытаются спасти ей жизнь.
- Так вы чей-то родственник? Или друг?
- Нет, к счастью нет, — отрицательно качаю головой, ежась от холодного ветра, и пытаюсь изобразить улыбку, вот только губы дрожат, а слёзы продолжают течь. Блять. Неужели это взаправду? Неужели я подумал, что это можешь быть ты, малыш? Подумал и умер на секунду, решив, что теряю тебя. Нет, уже потерял. Речь не о ссоре или глупых словах, речь о жизни, Крис. О твоей жизни, которая мне давно дороже собственной. И эти слёзы… Я забыл, что это такое. Забыл, какие они сильные, какие безжалостные. Забыл, какие они болючие, когда думаешь, что потерял самое главное. Как будто сердце из груди вырвали. ТЕБЯ вырвали из моей души. Крис, малыш… Но это не ты. Не ты… И я готов целовать асфальт, усыпанный битым стеклом в благодарность за то, что это не твоя машина сейчас похожа на груду металлолома. Что не твоя жизнь висит на волоске. И боже помоги тем, кто пострадал в этой аварии, но всё это уже не имеет для меня значения. Главное, что это НЕ ТЫ.
***
Я приехал домой лишь спустя час.
Хоть и ехал медленно, спокойно выжидая все стоп-сигналы светофора, всё равно большую часть времени провёл там, на обочине. Сидя за рулём своей машины и пытаясь унять упрямые слёзы. Не помню, о чём думал. Не помню, дышал ли. Да, наверное, дышал. Может даже курил – помню солёную влагу на губах с привкусом никотина. Помню, как постепенно восстанавливало ритм сердцебиение. Как постепенно переставали дрожать пальцы. Как медленно проходил ледяной озноб. Я кутался в пальто, стараясь побыстрее согреться, включал обогреватель сильнее, но холод отступал всё равно слишком медленно.
Я не торопился уезжать. Не знаю даже почему. Безумие растворялось вместе с тревогой. Уходило прочь вместе с болью и страхом. Сменяясь пугающей ясностью абсолютно трезвого разума.
Всё потеряло смысл и обрело его заново. Всё изменило значение. Всё, кроме тебя, малыш. Ты по-прежнему не покидал моих мыслей. Только больше не хотелось куда-то бежать, искать тебя, судорожно придумывая план по возвращению домой. Добровольному или насильственному. Всё стало глупым, всё стало неважным. Важна лишь твоя жизнь. Важно лишь моё желание всё вернуть, а значит, всё будет хорошо. Я всё исправлю. Обязательно исправлю. И если нужно будет встать на колени и умолять выслушать меня – я это сделаю. А если не захочешь слушать с первого раза – буду следовать за тобой по пятам и снова просить прощения, и снова молить вернуться. Всё будет. Всё так и будет.
Едва я осознал, насколько всё изменилось, как в окно автомобиля постучались. Полицейский. Тот самый, что не пускал меня к разбитой тачке, которая теперь для успокоившегося разума не имела почти ничего общего с твоей. Другая модель, двухдверная. Что уж говорить про номера. Но тогда эти мелочи были где-то на втором плане, а на первом – мысль о том, что ты пострадал. И по большому счёту из-за меня.
Мужчина махнул рукой, и я опустил стекло:
- Женщину вроде откачали. Крови много потеряла, но сказали, что шансы хорошие. Увезли вслед за мужем. Вы точно не хотите поехать в больницу? – уточнил полицейский, ещё раз оглядывая моё бледное измученное лицо.
- Нет. Но спасибо, что сказали. Извините за беспокойство, — благодарно улыбаюсь в ответ и действительно чувствую облегчение, что все живы. Ведь на их месте мог быть ты.
Мужчина с пониманием кивает и возвращается на противоположную сторону дороги. И только теперь я осознаю, что ждал этих новостей. Не мог уехать отсюда именно поэтому.
Зажигание, поворотник и на ближайшем светофоре разворот назад, домой.
***
Не знаю, какой сейчас час. Темно. И тихо. Только не в моей голове.
Лежу на холодной постели, чуть прикрывшись одеялом, как это обычно делаешь ты. Где-то на полу валяется пиджак и брюки, мобильник, ключи от машины. На мне всё та же окровавленная сорочка, расстёгнутая до середины. Только нет сил снять её целиком. Я просто лежу, уставившись в одну точку, и понимаю, что эта первая ночь за последние полгода, когда я вынужден засыпать в этой постели один. Без тебя, малыш.
Холодно. Пусто. Немного больно. Нет, это просто головная боль вернулась, чтобы напомнить о нашей последней встрече в клубе. Сердце уже не болит. Оно засыпает, измождённое этой долгой ночью. Оно засыпает, а я не могу. И не только потому, что тебя нет рядом. Всё эти чёртовы мысли.
Я знаю, что сегодня уже ничего не изменить. Но будет завтра. И будет новый шанс всё исправить. И чего бы то ни стоило, я им воспользуюсь.
Наверное, я всё уже решил, хотя и смущаюсь этих странных мыслей. Знаю, что сделаю и что скажу. И пусть весь мир встанет с ног на голову, — это мой единственный шанс. Как бы ни было страшно и стыдно, я тебя уже НИКОГДА не отпущу.
Крис.
***
***
Это всего лишь дверная ручка. Но тогда почему так страшно?
Я в последний раз открыл ключами дверь нашей квартиры… Нет. Твоей квартиры, Кайт. Так ты сказал. И я должен поверить в это? Просто принять?
Должен.
Блять. Почему всё так вышло?
