Та встреча в клубе. Пьяный и весёлый, ты обжимался с очередным смазливым мальчишкой. И вроде всё как всегда. И пора бы привыкнуть. Но только, кажется, я никогда не привыкну. Никогда.
Потому что люблю тебя, Кайт, знаешь? Знаешь.
И всё равно послал меня к чёрту.
И я всё понял. Поистерил, покричал, набил тебе морду и даже вволю наплакался, припарковав тачку где-то поодаль клуба. Потом извинился перед Стивом и отвёз его в гостиницу. Сам снял соседний номер, вот только понимал, что не смогу заснуть. Просидел пару часов в пустом баре. Выкурил несколько сигарет, которые не фига не помогали. Подумывал напиться, но что-то остановило. Поднялся в номер, завалился на холодную одинокую кровать и понял, что ещё не всё выплакал. Ревел как девчонка несколько часов к ряду, колотя подушку, и злился на самого себя, зная, что ты бы никогда не проронил и слезинки ни в чью честь и лишь посмеялся бы, назвав истеричкой. Только больше не назовёшь. Потому, что я больше не вернусь. Потому что больше тебе не нужен. И был ли нужен вообще?
А потом я просто уснул, обессиленный и разбитый.
И проснувшись утром, знал, что сделаю. Приведу себя в порядок, отвезу Стива в аэропорт и ближе к вечеру приеду за вещами, надеясь, что ты снова зависаешь в клубе. От мысли, что я больше не вернусь в эту квартиру, где мы прожили почти полгода, становилось так тяжело, что иногда я был готов сдаться. Готов был наступить на горло собственной гордости и попросить прощения за твой разбитый нос. В конце концов, это действительно было слишком. Так просто вышло, понимаешь? Вот только знаю, что глупо и бессмысленно. Знаю, что это ничего не изменит. Ты снова сделаешь вид, что ничего не было, и я соглашусь играть в эту игру, забив на собственное эго, лишь ради того, чтобы ты снова заснул рядом. Вот только не выйдет из этого ни хера, знаешь?
Все те месяцы, пока мы были вместе, действительно ВМЕСТЕ, пока ты забыл про свои тусовки в «HM» и трахи на стороне. Пока ты был только МОИМ. Я был почти счастлив. Я почти поверил, что ты… Боже, Крис, какой же ты дурак!
Нет, Кайт. Хватит играть с моими чувствами, хватит разбивать мне сердце, когда оно меньше всего этого ждёт. ХВАТИТ. Я не прощу и не вернусь назад, как бы ты этого ни просил. И ты не попросишь, я знаю. Потому что ты – это ты. А я… А я дал себе твёрдое слово, что последний раз переступаю порог ТВОЕЙ квартиры. И будь что будет.
Скрип открывшейся двери, осторожный шаг в объятья сумраку прихожей и убивающей тишины. Тебя нет?
Но внезапно замечаю тусклый свет со стороны спальни и приглядываюсь, делая шаг вперёд.
Хруст под ногой. Что это?
Боже…
Невольно возвращаю ногу назад, пока глаза ошалело взирают на длинную дорожку из белых орхидей, ведущую в спальню. Изящные бутоны словно светятся в полумраке – множество белых расплывчатых пятен, рассыпанных по тёмным прямым стеблям. Их так много, что не возможно уцепиться взглядом за один конкретный цветок – просто взираешь на всё это великолепие сразу. Кайт, что это?
Робкие шаги вперёд, по краю дорожки, боясь снова наступить на эти хрупкие очаровательные создания. И вот я уже стою на пороге спальни, ещё более изумлённый, чем в начале пути.
Ты сидишь на краю кровати, усыпанной всё теми же белыми орхидеями. Чуть ссутуленный, устало опрокинувший голову вниз, так что лицо завесили отросшие тёмные прямые волосы. Руками облокотился о разведённые колени. На тебе тот же костюм, что был прошлой ночью. Чуть помятый пиджак, брюки, только рубашка другая – чёрная, шёлковая. Ты знаешь, что я пришёл, но упрямо смотришь в пол, будто боясь обернуться. А моё сердце предательски бьётся о рёбра, желая броситься к тебе в объятья.
- Я такой еблан, Крис… — чуть хрипло, куда-то в пол, а потом уже громче, поднимая на меня свой измученный взгляд. – Я такой придурок.
И эти чёрные глаза, сверкающие даже в тусклом свете бра. Такие невероятные, что нет сил сопротивляться воспоминаниям о том, как впервые увидел их. Только сейчас они совсем другие. В них ВСЁ другое! Что? Усталость, страх, невесёлая ухмылка, вина, нежность, боль, надежда? Я бы поклялся, что заметил там чуть выступившие слёзы, но лёгкий полумрак не позволял мне утверждать со стопроцентной уверенностью. Да и это казалось полным бредом.
Ты снова опустил взгляд. Что с тобой, Кайт? Разве это ты? Не верю. Только сердце верило и неслось вскачь на встречу тебе. Нет, подожди, родное. Подожди и послушай. Я не сделаю ни шага вперёд, пока ты снова не заглянешь мне в глаза и не ответишь, что здесь происходит? Так сказал гордый разум, не зная, что любящее сердце всё уже давно простило…
