Ответствую, коль скоро вы настаиваете на всех этих бреднях, что здесь все знают старую легенду о принце, который давным-давно, на заре мира, со смертельной раной в боку бежал от врагов и забрел в темные пещеры, где рождается вермилион. Когда он уснул, измученный бегством и тяжелыми ранами, его окружили подземные феи, привлеченные свежей кровью. Он так очаровал их благородной статью и красотой лица, что они решили спасти его. Но не могли феи залить ему в вены кровь, что без устали вытекала из него, поэтому они целовали его по очереди в лоб, замедляя его дыхание и затягивая все глубже во тьму, где была их обитель. Они хотели оставить принца при себе, хотя знали, что он не сможет заключить их в объятия. Феи погрузили его в сон, настолько глубокий, что он ближе к смерти, нежели к жизни. Только в ночь полнолуния, когда луна светит в полную силу, раскрывает земля их укрытия, и тогда можно разглядеть, как феи танцуют вокруг спящего юноши, окутывая его все более плотными чарами.

Но поверьте, добрый господин, моя мать ничуть не походила на фею. Если бы вы могли ее увидеть, для вас стала бы очевидна глупость сих обвинений, потому что даже если у нее и был ухажер, как брешет эта развратница Мафальда и ее мерзкие кузины, то был он самое большее разбойником или наемным пастухом без собственного имущества, а не принцем из сказки. Поверьте, я с детства запомнила бы пшеничные калачи или золотые перстни, если бы ей их дарил какой-нибудь богатый и щедрый любовник. Но у нас в доме не было ничего, никаких богатств, знаков или посланий, которые моя мать якобы передавала по приказу графа его сыну, спрятавшемуся в недрах Интестини. Поэтому я отрицаю обвинения и измышленную ложь, родившуюся в червивом мозгу вашего собрата Рикельмо, возможно, по наущению иных негодяев, в интересах герцога и всего его ордена, оказавшегося столь удобной метлой. Да, вы, мой добрый синьор, всего лишь метла. Потрепанная метла, которая вроде бы метет под себя, но на самом деле движется, куда ее толкнет чужая рука, пока сама не окажется в куче мусора, недавно собранного ею.

Все это – истина, записанная со слов рекомой Ла Веккья и зачитанная в ее присутствии. Подсудимая, выслушав показания, подтвердила, что признание ее было записано верно и скрупулезно.

Из-за большой слабости была отнесена в тайную тюрьму и поручена опеке фельдшера.

По указанию доктора Аббандонато ди Сан-Челесте, епископа сего трибунала, была составлена копия последних слушаний и вместе с описанием нынешних происшествий и поступков злодеев из Ла Вольпе отправлена Его Святейшеству викарию с просьбой дать дальнейшие указания.

Записано доктором Аббандонато ди Сан-Челесте, епископом сего трибунала, который, по причине неграмотности обвиняемой, засвидетельствовал вместо нее собственной рукой.

<p>XXII</p>

В деревне Чинабро в приходе Сангреале, в тайном зале суда, во вторник семнадцатого дня ноября месяца, в праздник Святой Теклы, мученицы, в два часа утра, доктор Аббандонато ди Сан-Челесте приказал, чтобы из тайной тюрьмы привели женщину, именуемую Ла Веккья, что и было сделано, и она предстала пред судом.

В соответствии с указаниями Его Святейшества викария была допрошена в строгом уединении оным доктором Аббандонато ди Сан-Челесте, епископом трибунала. Согласно оным указаниям ей зачитали данное под присягой признание брата Рикельмо, сделанное и записанное незадолго до его смерти, и задавали соответствующие вопросы. Она отвечала охотно и без гнева.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Шедевры фэнтези

Похожие книги