После обеда Сьюзан заехала в городское отделение Гарда, чтобы рассказать Ирвину об идее матери. База опухолей. Что ж, Ирландия не зря зовется мировым лидером фармацевтики. Вот такие стратегические находки и помогают ей оставаться на вершине этой многомиллионной индустрии. Заботиться, отслеживать, тестировать. И в конечном итоге спасать жизни. Она ощутила порыв гордости за свою страну и в таком настроении подрулила к зданию полицейского участка.
Послеполуденное солнце уже перевалило за крыши, и дворик, в котором стояло управление, разделился пополам. Причудливая игра света и тени на миг заворожила ее, когда она рассматривала красные кирпичные наличники вокруг окон здания. Интересно, за каким окном сейчас Ирвин?
Она вошла в полицейское управление и поздоровалась с секретарем, молоденькой девушкой с аккуратным каре, которая с интересом оглядела Сьюзан и, кажется, узнала ее по голосу, но не подала виду.
Ирвин нашелся в кабинете, где кроме него сидели еще четверо полицейских. Увидев Сьюзан, сержант под любопытствующими взглядами коллег направился ей навстречу.
– Я как раз хотел сделать перерыв, не хочешь где-нибудь перекусить? – предложил он, и они вышли наружу, а потом прошли до главной улицы и сели в первом попавшемся кафе.
– Я пришла кое-что тебе сказать, – начала Сьюзан, глядя, с каким аппетитом он уплетает сэндвич с индейкой, запивая апельсиновым соком. Сама она не стала делать заказ. – Наверное, для этого не самый подходящий момент, – она кивнула на тарелку, – но мне кажется, это важно. Вчера я разговаривала с матерью, и она упомянула, что в Ирландии существует база… – она запнулась, – база опухолей.
– Продолжай, – энергично кивнул Ирвин, продолжая жевать.
– Ну так вот, – воодушевленно продолжила Сьюзан. – В нее заносятся все опухоли, точнее, все пациенты с опухолями, которые есть в Ирландии. Данные поступают прямиком от лечащих врачей, из раковых отделений, отделений лучевой терапии. В общем, отовсюду, где числятся или проходят лечение такие больные.
– Никогда не слышал о таком! Твоя мама – просто кладезь полезной информации.
– Да, это точно! – улыбнулась Сьюзан. – Я поискала информацию в интернете и выяснила, что подобных баз в Ирландии несколько. Что, если бы вы могли сделать запрос. Вдруг Питер Бергманн числился в одной из клиник. Ну если предположить, что он жил здесь… С таким обширным поражением органов он просто не мог не обратиться хоть к какому-то специалисту.
– Это отличная идея, Сьюзан!
– Я рада, что могу помочь. А еще я подумала, что те сорок евро…
– Погоди. Скажи, что ты делаешь вечером? – перебил он ее и, дожевав последний кусок мягкого хлеба, вытер салфеткой губы.
– Сегодня? Вроде ничего.
– Отлично, тогда я приглашаю тебя на ужин.
– Ирвин, прости, но людные места… Я не очень люблю, когда вокруг много…
– А, нет, ты меня не поняла. Я приглашаю тебя к себе. В восемь вечера, Тилинг-стрит, тридцать девять. Увидимся! – И, бросив взгляд на часы, он спешно поднялся, опережая ее возражения.
Без пятнадцати восемь Сьюзан стояла у дверей дома Ирвина Дэли. Типичный двухэтажный, самый обычный кирпичный дом, мимо которого в другой день она прошла бы, не заметив. Но сейчас она смотрела на постройку с волнением. Она не знала ничего о его хозяине, кроме профессии. Есть ли у него собака, кошка, кто знает, может, он женат и у них дети, а это самое обычное приглашение на семейный ужин. Сьюзан не могла вспомнить, видела ли на пальце сержанта обручальное кольцо, и, устыдившись своих мыслей, поспешила позвонить в дверь.
Ирвин открыл не сразу, и Сьюзан даже пришлось отойти подальше и проверить, пришла ли она по верному адресу. Но тут щелкнул замок, и сержант появился на пороге в белой рубашке и мягких домашних штанах. Вид этих несочетаемых в обычной жизни вещей вызвал у Сьюзан непроизвольную улыбку. А Ирвин, не замечая этого, пригласил гостью зайти.
– Иди в гостиную, я сейчас.
В доме, несмотря на раннюю осень, было хорошо натоплено, но помещение казалось необжитым, создавалось ощущение, что в этом доме чаще только ночуют, нежели проводят время. Легкий налет пыли на каминной полке, потертый диван с выцветшими подушками, старый ковролин. Типичное жилище холостяка. Но ей ли упрекать в этом Ирвина, когда ее дом выглядит почти так же!
Ирвин вернулся с бутылкой красного вина и двумя бокалами.
– Рагу скоро будет готово. – Он разлил вино, и Сьюзан, присев за стол с двумя приборами, сделала глоток. – Нравится? Это «Шираз». Или «Сира», кому как нравится. Австралийское. Друг привез.
– Божественный аромат.
– Оно идеально подходит к мясу. Сама увидишь.
Посередине стола стояла свеча, и, поймав взгляд Сьюзан, Ирвин поспешил убрать ее.
– Не подумай ничего, она всегда здесь стоит.
– Все в порядке, я люблю свечи. Можешь оставить, – добавила Сьюзан и стала наблюдать, как Ирвин зажигает восковой фитилек невесть откуда взявшейся зажигалкой.
– Как ты? В кружевах с ног до головы? – спросил Ирвин, присев напротив.
– Что, прости?
– О господи, ну и фразочка вышла! – он смущенно хохотнул. – Я имел в виду те кружева, которые ты плетешь.
