Он присел на диван и вдруг, из колонок заиграла медленная музыка в этническом стиле. В этой маленькой сказке плавно появлялась фигура, замотанная в черный платок с золотой бахромой. Из всего образа знакомыми для Лео были только глаза, их бы он никогда не спутал с другими. Она подходила все ближе, неспешно снимая с себя черную завесу. Расставшись с ней окончательно, скинув ее на пол и оголив лицо и тело, Даниэла предстала перед своим возлюбленным в костюме для танца, который состоял из топа с глубоким декольте, украшенным красными кристаллами, словно сахар, рассыпанными по ткани, и юбкой с высоким поясом черного и красного цвета, отделанного монетками и такими же кристаллами, как на топе. Туловище и спина были полностью открыты, но на них Дани нанесла жидкие блестки так, что ее тело светилось от ярких языков пламени свечей. Она извивалась, словно змея, ее руки и живот двигались в такт музыке, которая становилась все быстрее, барабаны стучали все ритмичнее. У Лео перехватило дыхание от того зрелища, что предстало перед его глазами. В таком образе он никогда не представлял себе Даниэлу. Она всегда была разной, всегда оставалась загадкой для него, которую он мечтал разгадать. Увлекала и удивляла, как и в этот раз. Ее бедра быстро двигались из стороны в сторону, монетки на юбке то подлетали в воздух, то со звоном падали на ткань. Ее пышная грудь поднималась вверх и опускалась, заставляя Лео постоянно смотреть именно на нее. От напряжения Лео покрылся каплями пота. Жестом Дани поманила его, чтоб он подошел к ней. Завороженный, он приблизился, а она, кокетливо касалась его то его плечом, то ладонью, то бедром, танцуя вокруг. Больше не в силах держаться. Скинув на пол серебряную вазу с фруктами, он, схватив Дани, опустил ее на стол, а сам оказался сверху нее.
- Что же ты делаешь, маленькая дикарка? – сквозь зубы прорычал Лео, - с ума решила меня свести?
Так и не дождавшись ответа, он пылко поцеловал ее шею, спускаясь к груди, спрятанной под красным топом. Он с жадностью ласкал ее, голос Дани, которая извивалась, теперь уже, под мощным телом Лео, заглушала музыка и ритмы барабанов. Приподняв ее юбку, он, едва ощутимо, коснулся языком ее бедра, двигаясь ниже к коленке.
- Скажи мне…- повторял он.
- Что? – вся заведенная, задыхаясь, выдавила Дани.
- Скажи, что ты моя, я хочу услышать, - говорил он, продолжая ласкать ее бедра.
- Я твоя, только твоя…
Словно что-то ударило в голову Лео, он грубо сорвал с нее юбку, застежка пояса отломалась, с него на пол дождем посыпалось множество красных камней. Под ним скрывалось алое полупрозрачное кружевное белье. Лео настойчиво губами исследовал тело Дани, наблюдая, как она сгорает от желания, словно свеча, подобная тем, которыми она украсила яхту. Внезапно, музыка затихла и Лео, как будто протрезвев, сказал Дани:
- Следующий такой раз может стать последнем для твоего нетронутого тела, малышка. Ты играешь с огнем.
- Пусть этот огонь однажды меня сожжет.
- Однажды…
- Тебя поездка в Турцию вдохновила на восточную ночь? – сказал Лео, поправляя одежду.
- Знаешь, я понятия не имела, что тебе подарить, ведь у тебя был День рождения. Решила устроить для нас маленький праздник. А, еще, вот подарочек на память, - Дани показала ему маленькую черную коробку.
- Милая, - смутившись, сказал он, - ну, не стоило. Я не люблю свой день рождения, и подарки принимать не умею. Не стоило тебе беспокоиться.
- Открой. Очень хочу, чтоб тебе понравилось.
Открыв, Лео увидел содержимое: в коробке лежал каучуковый черный браслет, посередине который украшала пластина из посеребренного металла. Пластина казалась абсолютно простой, но, приглядевшись, с задней стороны он увидел гравировку: «LD per l'eternita».
- Рer l'eternita – на веки. Это итальянский, - произнес Лео.
- Специально для тебя. Чтоб и ты от меня на память имел подобную вещь, - Дани показала на кулон из аквамарина.
- Дани, мне всегда сложно принимать подарки, но этот, пожалуй, самый ценный который я когда-либо получал. Спасибо, моя милая.
- Это мелочь, но мне так хотелось немного тебя порадовать.
- У тебя богатая фантазия, моя восточная царица, - Лео с нежностью поцеловал ее.
Свечи медленно затухали, музыка стала тише. Они сидели, обнявшись, на самом носу яхты, укрытые большим бордовым пледом и смотрели на мирную гладь воды. Если бы в их распоряжении была вся жизнь, никогда бы они не насытились друг другом: объятьями, беседами, мимолетными поцелуями и страстными вечерами наедине.
- Я вам повторяю то же, что говорила на первой пересдаче: вы не готовы к экзамену, ваши знания очень скудны, не стоило Вам поступать на интенсивный курс. Кроме того, - преподаватель от злости была готова вцепиться в глотку Дани, - сдается мне, что Вы не учиться сюда пришли. А крутить романы. Любовные вопросы решаются вне университета. Вас ждет последняя попытка сдать экзамен завтра. Хотя, я практически уверена, что она будет лишней, - на последней слове, она швырнула в Дани зачетку, - вы свободны. До завтра, - язвительно улыбнулась она.