— Капитан! — услышал он крик ниже по линии обороны. Придерживая рукой каску, чтобы не слетела на бегу, Марес бросился туда, где притаился в укрытии один из самых молодых его лейтенантов, наблюдающий в бинокль за высотой.
— Я заметил там движение, капитан. Там, в горах, люди, — лейтенант указал рукой в сторону высоты.
Марес поднес к глазам бинокль: в фокусе появились фигурки в военной форме, похожие на муравьев, несмотря на большое увеличение. Южноафриканские пехотинцы либо разведчики, собирающиеся занять укрытие. Он похлопал лейтенанта по плечу.
— Молодец, Мигель! Так держать!
Юный офицер застенчиво улыбнулся.
Марес поднялся и, тяжело дыша, побежал к штабной машине. Возможно, в этом бою преимущество полностью на стороне южноафриканцев, но у него тоже есть кое-что в запасе. Несколько фугасно-осколочных сюрпризов.
Резко затормозив возле замаскированного
— Штаб! Мне нужна огневая поддержка! Осколочными! Координаты три-пять-четыре-восемь-девять-девять-два-пять!
На самой вершине горы, со стороны дороги на Виндхук, капитан Роби Рикерт, укрывшись за высокой скалой, следил за тем, как его передовой взвод рассредоточивается по каменистому гребню в поисках выгодных позиций, которые дали бы хороший обзор и сектор обстрела. Его старший сержант и радист находились неподалеку.
С их стороны горы доносился шум моторов — это две роты бронемашин майора Фиссера, по восемь машин в каждой, медленно взбирались на крутой склон. Бронетранспортеры
Довольный тем, что его солдаты занимают оборону, Рикерт обратил свой взор на пустынную, бурую местность к северу от него. Отвратительная страна, в ней даже поспать неприятно, подумал он.
— Видно что-нибудь?
Сержант покачал головой.
— Ни черта.
Рикерт навел бинокль на ближайшие заросли кустарника, медленно переводя его слева направо.
— Может, они ушли, а? Отступили ближе к городу? — Он поморщился, услышав нотки надежды в собственном голосе. Ему не хотелось участвовать в первом ударе по обороняющемуся противнику: уж слишком хорошо была ему известна статистика. В атаке всегда погибает много младших офицеров. А Роберту Рикерту хотелось жить.
— Сомневаюсь, капитан. — Сержант указал большим пальцем на север. — Видите, нет птиц. Поверьте мне на слово, эти ублюдки все еще там.
— Возможно, но… — Рикерт внезапно замер. Вот они. Смутно выделяются на фоне высохшего, коричневого кустарника и высокой желтеющей травы. Приземистые, длинные, Господи, значил, у противника тоже есть бронемашины! Он повернулся к радисту.
— Полковника мне! Живо!
Пронзительный свист заставил его замолчать — в небе что-то промелькнуло и упало вниз. Ба-бах! В сотне метров от Рикерта взметнулся столб дыма и пламени — разорвавшийся снаряд образовал огромную воронку.
Некоторое время молодой южноафриканский офицер не мог прийти в себя. Раньше он никогда не попадал под артиллерийский обстрел.
Ба-бах! Еще один взрыв, на этот раз ближе. Сверху посыпались камни и комья земли.
Наконец Рикерт очнулся от временного замешательства.
— В укрытие! Все в укрытие!
Казалось, весь мир потонул во взрывах — снаряды сыпались градом, поднимая в воздух камни и изувеченные тела, покрыв высоту бурлящим облаком огня и дыма.
Капитан армии ЮАР Роби Рикерт не слышал, как в метре от него разорвался 122-миллиметровый снаряд. И только пропитанный кровью погон уцелел как единственное свидетельство того, что он пал смертью храбрых в бою.
— Черт побери! — Генрик Крюгер ударил кулаком по бронированной обшивке своего
Стоявшие рядом офицеры отвели глаза, не желая комментировать довольно бестактную, но абсолютно точную характеристику главнокомандующего Вооруженными силами ЮАР.
Крюгер заставил себя успокоиться. Гнев по поводу его никчемных командиров придется приберечь на потом. А сейчас он должен командовать батальоном, вести своих солдат в бой.
К сожалению, выбор у него был небольшой. Руководства по тактике рекомендовали подавлять артиллерию противника контрударом своих батарей. Но в них ничего не говорилось о том случае, когда ближайшая артиллерийская часть расположена в шести часах езды от тебя. А тяжелые минометы, находящиеся на вооружении батальона, не имеют достаточной дальности стрельбы, чтобы накрыть огневые позиции противника.
Все это оставляло ему лишь два варианта: либо отступить за кряж, дожидаясь, пока прибудет артиллерия, либо войти в соприкосновение с противником и тем самым вынудить его прекратить артобстрел, чтобы не попасть в собственных солдат.
