– Идёмте, друзья, присоединимся к нашим друзьям, ибо эти враги не убегут от нас, как сбежали всадники. Похоже, сэр Медард сделал своё дело, а потому мы можем последовать за ним не спеша.
– Ему, возможно, ещё будет чем заняться, – возразил один из соотечественников сэра Медарда, – ибо вскоре эти болота заканчиваются и мощёная дорога выходит на прекрасные мягкие луга, а там мы вновь можем встретить барона с его людьми.
– Это правда, – отозвался сержант, идущий вместе с лучниками по дороге, – и всё же наш славный рыцарь поумнее зайца, он не станет медлить с атакой, если не увидит серьёзной опасности со стороны того, что осталось от армии барона. Но мы сейчас убедимся в этом. Идёмте же, мастер Осберн, и ведите с собой воинов Дола, посмотрим на солнечные луга после этого лягушачьего царства.
Тогда Осберн и его воины из долины, взобравшись на гать, по которой проходила дорога, поспешили вперёд. Осберн к тому времени ещё не вложил свой Косарь в ножны и нёс его на плече, прямо как тот был – испачканным в крови.
И вот через полчаса воины почувствовали под собой твёрдую почву и, услышав шум битвы да заметив нескольких бегущих и скачущих верхом, но ещё не разобрав, что всё это значит, закричали и все как один бросились вперёд. Так они бежали, пока не поднялись на вершину длинного, но невысокого холма, откуда могли видеть всю долину. И там они издали победный клич. Ведь на их глазах два знамени, сэра Медарда и Порты, преследовали последних из беглецов, а вдалеке всё войско барона спешно отступало, как отступают потерпевшие поражение. Воины остановились, чтобы перевести дух на вершине холма, и оказалось, что все, кто прошлым вечером вышел из Истчипинга, были целы и невредимы, все до единого человека. Постояв, они вновь направились в сторону битвы, неся оружие на плечах и трубя в рога. Шли они быстро и вскоре увидели, что сэр Медард оставил погоню и теперь стоял под знамёнами лицом к убегающему противнику. Тогда пехотинцы пошли медленнее, и на месте их встретили громкие крики радости. Осберн подошёл к сэру Медарду и весело его поприветствовал. И лишь тогда он вложил Широкого Косаря обратно в ножны и сказал:
– Сдаётся мне, капитан, сражение окончено. Но как же так случилось, что всё их войско бежало?
Сэр Медард ответил:
– Мы гнались за ними по мощёной дороге, а когда они вылетели на твёрдую почву луга, то не смогли остановиться, и тогда все прочие, увидев, как они бегут, преследуемые нашими знамёнами, и не зная, много ли нас или мало, также развернулись и побежали, считая, что дома безопаснее. А теперь давай-ка соберём трофеи и тихо-мирно отправимся назад, в Истчипинг.
Так они и сделали, и собрали много трофеев. Все пехотинцы получили по коню и назад поехали верхом, вместе с верховыми, и вернулись в торговый город ещё до заката. Так закончился первый поход барона Дальней долины.
После этих событий барон вновь собрал своих людей и несколько раз выходил в поход летом и осенью. Теперь он был уже более осторожен, поэтому избегал крупных поражений. И всё же его часто встречали воины Истчипинга, и нередко встречи эти оканчивались не в его пользу. Осберн со своими людьми выходил на поле боя не реже прочих, они давали и принимали сражения, всякий раз показывая свою доблесть. Сам Осберн был дважды ранен, но не сильно. Он становился всё более похожим на зрелого мужа и числился у всех на хорошем счету, а воины Дальней долины надолго запомнили отряды Дола, отныне навевающие им страх.
Так прошли лето и осень, и Осберн уже не надеялся вернуться домой раньше весны. Зима настала ранняя, было морозно и снежно, и жителям Истчипинга приходилось всё чаще оставаться за городскими стенами, но святочный пир провели в веселье и радости.
Когда зима, а с ней и снега, отступила, когда миновали паводки и вновь настала весна, то возобновились и набеги, и сражения, и верх одерживала то одна, то другая сторона. Осберн узнал от сэра Медарда все кавалерийские трюки, и в одной стычке отплатил своему учителю за учение, и даже слишком. Рыцарь далеко пробился в ряды врага, его спешили и окружили, и если бы не оказавшийся поблизости и быстро пришедший на выручку Осберн с Широким Косарём в руке, рубивший и коловший всех вокруг, пока не подоспела помощь, то город лишился бы своего капитана. Посадив сэра Медарда на коня, Осберн еле выбрался из толпы. В тот день его неплохо потрепали.
