– Думаю, твой противник в сражении у потока того же рода, что и эти Чёрные Живодёры, хотя и из другого племени, люди прозвали их Красными Живодёрами, правда сами они, ни Красные, ни Чёрные, не называют себя так. Это, скорее, имя, рождённое страхом поселян пред их делами. Теперь вот что: хотя Красные Живодёры и страшнее кого бы то ни было, но не страшнее Чёрных, ведь они всё же как-то похожи на людей, а не только на волков, вставших на задние лапы, ибо Красные не уничтожают и не разрушают всё вокруг, но, если им это выгодно, оставляют. Например, они не убивают своих пленных без разбора, но забирают тех, кого надеются продать в неволю. Теперь чем больше я раздумываю о твоих словах, тем больше мне кажется, что враги твои как раз из этого народа, и не только потому, что ты подробно описал их, но и потому, что они бродят больше по другому берегу Разлучающего потока, хотя изредка мы встречали их и у границ Непокорного леса, близ реки. Ещё должен сказать тебе, что хотя я называю Чёрных и Красных Живодёров едиными народами или племенами, с ними смешалось множество беглых преступников, ибо всё худшее, злейшее и жесточайшее в людях тянется к ним. Я даже думаю, что такие прибившиеся к ним разбойники даже хуже самих Живодёров, ибо в них больше дурного умысла и чистой злобы. Я знаю наверняка, что таких Живодёры отправляют шпионить на себя или продавать награбленное, ибо внешне они не отличаются от прочих людей и знают разные наречия. Но скажи, Рыжий Воин, что тревожит тебя, почему ты так побледнел и забеспокоился? Нет ли у тебя на сердце того, чем ты хотел бы со мной поделиться?
– Есть, – ответил Осберн, и насколько мог кратко рассказал лорду всю историю своей любви к Эльфхильд и о том, как она исчезла прежде, чем рука смогла коснуться руки, а уста уст. Теперь юноша считал, что её похитили как раз те самые Красные Живодёры. Когда же он окончил свой рассказ, сэр Годрик произнёс:
– Бедный юноша, вот почему ты так жаждал служить у меня! Что ж, ты поступил мудро, ибо, во-первых, приобрёл верного друга, во-вторых, если ты никогда и не сможешь поправить свою беду и тебе не суждено вновь увидеть девушку, то подвиги утешат твою скорбь, пока она не перестанет быть частью тебя и не превратится лишь в рассказ о минувшем. В-третьих же, мой дом – это единственное место, где ты при случае сможешь узнать что-нибудь о ней, ибо нам приходится иметь дело с людьми, вроде Красных Живодёров, а иногда и с теми, кто покупает их товар. При следующей встрече с ними ты сможешь расспросить пленных как пожелаешь, и ради спасения своей жизни они помогут тебе в твоих поисках. Не вешай голову! Знай, ты делаешь всё, что в твоих силах.
Этим Осберну и пришлось удовольствоваться, но на сердце у него и в самом деле полегчало, когда он поделился своей бедой с таким хорошим другом, как сэр Годрик.
