Душелов вышла в ночь неподалеку от того места, где выскользнула наружу ее жертва, и успела заметить, как что-то промелькнуло поперек открытого пространства двора и исчезло в тени. Она обследовала оставленного Чангеша и несколько других мелких предметов, которые выглядели так, точно их выронили в спешке. Потом швырнула две свои Тени в воздух и в то же самое мгновение стукнула каблуком по глиняной статуэтке. Маленькие убийцы тут же бросились по следу коротышки.
К этому моменту она уже нисколько не сомневалась, что преследовала колдуна по имени Гоблин.
Душелов пронзительно вскрикнула. Боль в пятке была такой, какой ей до сих пор испытывать не приходилось. Горло перехватило, страдания сделались почти невыносимы, и все же она не упустила из вида три ослепительно ярких огненных шара, которые рванулись в ночь вдогонку за Тенями, посланными ею за Гоблином. Все еще борясь с чудовищной болью, она создала кинжал и его острием соскребла еще один огненный шар со своей ноги. Он, однако, уже прогрыз тело до кости и даже вглубь нее, повредив ногу до уровня лодыжки. И это несмотря на всю защиту!
— Я искалечена! — почти прорычала она. — Он усыпил мои подозрения. Заморочил мне голову, и я подумала, что это просто еще одна ловушка для Тени, — теперь ни в одном из ее голосов не чувствовалось ни нотки веселья. — Ничего. Хитроумный маленький ублюдок поплатится за это.
Упал еще один огненный шар и прожег дыру в булыжной мостовой. Пересиливая боль, Душелов попыталась встать на покалеченную ногу. И обнаружила, что не в состоянии идти, хотя не потеряла ни капли крови. Огненный шар прижег ее рану.
— Сестра моя любимая, если ты еще жива, я убью тебя за то, что ты изобрела эти проклятые штуки.
И снова послышался смех, эхом отражаясь от защитного вала Дворца.
Что-то белое заскользило в ту сторону, куда убежал Гоблин.
— А пока убью просто кого-нибудь, — пробормотала Душелов и поползла к дворцовому входу на руках и коленях.
Она загнала боль в самый дальний уголок сознания, сконцентрировавшись на разжигании в себе злости из-за того, что в результате этого приключения оказались повреждены ее прекрасные кожаные штаны и перчатки.
— Как можно в такое поверить? — спросила я. — Получается, что порча наряда взволновала ее не меньше, чем бегство Гоблина и боль в ноге.
Одноглазый захихикал. Он испытывал безмерное облегчение из-за того, что Гоблину удалось улизнуть.
— Ну, почему же. Вполне верю в это.
— Как? И ты тоже?
— А что ты удивляешься? Все, что она носит, из кожи, а этот материал можно достать только далеко на севере. Что вы, здешние людишки, понимаете в коже? Ей, вероятно, приходится летать за пять тысяч миль каждый раз, как вздумается завести себе новые штаны. А это означает, что ей приходится следить, как бы чего не случилось и с передом, и с задом. В отличие от некоторых… Эй! Ты что дерешься? Не забывай, мы все тут сражаемся на одной стороне.
— Ты веришь этому маленькому ублюдку? — спросила я Сари.
— Пойди спроси Лебедя. — Одноглазый оскалился, показав мне свой зуб. Единственный, который у него остался. — Он расскажет тебе, как эта женщина раздобыла свои первые штаны.
Сари, однако, больше всего занимало дело.
— Что мы предпримем, если она изобразит дело так, точно с Радишей все в порядке? Скольким людям обычно приходится встречаться с княгиней? Их, по-моему, не слишком много. И Тайного Совета больше не существует. Они все у нас. За исключением Могабы.
— Нужно и его сюда затащить, — проворчал Одноглазый.
— Давайте не зарываться. Захватить Великого Генерала будет потруднее, чем всех остальных вместе взятых.
Я задумчиво произнесла:
— Она не станет держать Радишу взаперти слишком долго. Может быть, две недели. Пока она подберет себе новый Совет, который будет отвечать лишь: «Да, мэм!» и «На какую высоту?», — когда она прикажет им прыгать.
Одноглазый выдохнул мощную струю воздуха.
— А что? Верно. Здесь есть над чем подумать.
— Уже подумала, — заявила я. — Захватив Радишу, мы, возможно, поступили даже умнее, чем казалось. Можем предъявить ее, если Душелов начнет уж очень зарываться. И Душелов будет все время помнить об этом. Она не позволит соблазну завести себя слишком далеко. Ни в коем случае, пока она с нами разбирается.
— Она сделает все, что в ее силах, чтобы найти и заполучить обратно Радишу, — сказала Сари. — Я уверена в этом. А это означает, что нам надо поскорее убраться из города.
— Прежде чем я уйду, мне обязательно надо кое-что сделать. Не ждите меня. Мурген, будь другом, постарайся и разузнай все, что сможешь, об этой белой вороне.
Я не стала дожидаться его ответа. Теперь, когда Гоблин был в безопасности, больше всего мне хотелось поговорить с нашей новой пленницей.
Кто-то позаботился о том, чтобы обеспечить Радише хотя бы некоторые удобства. И в клетку ее тоже сажать не стали. По-видимому, Одноглазый счел, что достаточно простеньких заклинаний, способных вызвать удушье.
