— Отец Иван, по марийскому обычаю сегодня работать грех, — сказал Эчук. — В пятницу мать-земля отдыхает.
— По марийскому обычаю! По марийскому обычаю! — зло закричал священник. — Плевать на ваши черемисские обычаи, вы должны жить, как велит православная вера!
— Но ведь мы — марийцы.
— Скажешь, чтобы сегодня же твой отец зашел ко мне! — сердито сказал священник. — Я вас отучу от ваших обычаев! А теперь — быстро в сад!
Пришлось ребятам вскапывать поповский сад, потом носить навоз из хлева, и только когда все было сделано, отец Иван отпустил их.
Эчук кончил свой рассказ.
Поступок священника с провинившимися школьниками внес смятение в мысли Васли. «Ну ладно, заставил бы замаливать грех, — думал он, — но ведь отец Иван просто заставил их работать на себя, как батраков! Значит, выходит, что ребята провинились не перед богом, а перед попом? Или он просто пользуется божьим именем для собственной выгоды?» Васли по закону божьему учится на пятерки, знает все заповеди, все молитвы, ночью разбуди и спроси — все без запинки ответит. Нет, нехорошо поступил отец Иван… И еще: почему марийские карты говорят, что бог велел отдыхать в пятницу, а по христианской вере день отдыха — воскресенье?
Раннее утро. Село только еще пробуждается. По дворам поют петухи. Дядя Прокой, отец Эчука, стоит у ворот школы и дожидается, когда выйдет из дому Вениамин Федорович. Он стоит уже давно.
Немало горького и тяжелого пришлось испытать Прокою в жизни. Родился он в Моркинской стороне; рано осиротел, мальчишкой пошел работать на мельницу, жил бедно, поэтому женился уже в годах. Женившись, перебрался в Казань, надеясь в городе побольше зарабатывать, но жена, родив ему сына, через два года умерла. Прокой с маленьким сыном вернулся в родные края. Здесь в поисках работы переходил из одного, села в другое, пока не осел в Мари-Туреке, где он и живет уже седьмой год, работая мельником на мельнице Чепакова.
Прокой часто говорит сыну:
— Только для тебя, сынок, живу.
Эчук и сам это знает, старается не огорчать отца, но иногда, конечно, бывает, как со всяким мальчишкой, натворит что-нибудь.
Когда Эчук сказал отцу, что законоучитель велел ему прийти, Прокой заволновался, испытующе поглядел на сына и, чуть заикнувшись, спросил:
— Зачем я отцу Ивану понадобился?
— Кто его, черта, знает! — грубо ответил Эчук. Прокой еще больше испугался. Приученный жизнью всегда и отовсюду ожидать только неприятности и беды, он легко пугался.
— Грех так говорить о божьем человеке! — прикрикнул он на сына. — Чтоб я больше не слышал от тебя таких слов!
Эчук опустил голову и ничего не ответил. Прокой понуро пошел в мельничный амбар.
Весь вечер Прокой вздыхал и думал, зачем его вызывает поп и чем это грозит сыну и ему самому. Ночью тоже спал плохо и, поднявшись на заре, пошел посоветоваться к учителю.
Прокой, как стреноженный конь, толокся возле школьных ворот. Прошло довольно много времени, учитель все не выходил. Тогда Прокой приоткрыл калитку и бочком проскользнул во двор. Поднялся на крыльцо учительской квартиры. Тихонько постучал в дверь.
Вениамин Федорович открыл дверь.
— A-а, Прокопий Михайлович! Входи. Что тебе?
— Да вот насчет Эчука пришел посоветоваться.
— Что с ним случилось?
— В том-то и дело, не знаю что… Эчук говорит, что батюшка меня к себе требует зачем-то.
Учитель пожал плечами, но потом вспомнил, что четверым ученикам, в том числе и Эчуку, законоучитель велел прийти в церковь «искупать грех». Может, там что произошло? Вениамин Федорович спросил:
— Сам-то Эчук что говорит?
— Ничего не говорит. Сказал только, что батюшка велел мне к нему прийти. Уж не знаю, зачем…
— Больше ничего не говорил?
— Ничего.
— Иди-ка домой и приходите ко мне вдвоем с сыном. Разузнаем, что случилось, посоветуемся.
— А к батюшке мне сейчас сходить или погодить?
— Погоди.
Эчук рассказал учителю о том, как священник заставил их работать в своем саду, словно батраков, и о своем разговоре с ним насчет марийской пятницы.
— Ладно, я поговорю с отцом Иваном, — сказал Вениамин Федорович.
Когда Вениамин Федорович еще только принял заведование Мари-Турекским училищем, он заявил на педагогическом совете:
— Уважаемые коллеги, страх наказания не помогает ученику в учебе, а наоборот, отвращает от нее. Наиболее успешно учитель сможет передать знания ученику только тогда, когда ученик его любит и уважает, а не тогда, когда боится.
Учителя поддержали нового заведующего, и с тех пор наказания из училища были изгнаны. Поэтому поступок законоучителя вызвал у Вениамина Федоровича возмущение.
Как только законоучитель появился в школе, Вениамин Федорович пригласил его к себе. Разговор он начал не со вчерашнего наказания учеников.
— Отец Иван, — сказал Вениамин Федорович, — старшеклассники хотят посадить фруктовый сад.
— Ну что же, — неопределенно ответил законоучитель, как бы выведывая, нет ли в словах заведующего какого подвоха.
— Да вот земли у школы нет. А начинание достойно всяческой похвалы. Не так ли, батюшка?
