«До сих пор в нашей жизни существует разделение между наукой и техникой, бытуют понятия механика – это прикладная математика, степень кандидата физикоматематических наук выше степени кандидата технических наук. «Теоретики» игнорируют результаты «экспериментаторов» и наоборот. Научное знание есть результат как теоретических, так и экспериментальных исследований и поисков. Пора сложить на полку истории устаревшие воззрения на технику и ее роль в науке, как на нечто «вспомогательное», подсобное, второстепенное в отличии от «чистой» науки. Мощные ускорители, космонавтика, реактивная авиация – это успехи столько же науки, сколько и техники.
Известно, что некоторые молодые специалисты более тяготеют к теоретическим исследованиям, другие к экспериментальным, их не следует противопоставлять друг другу, а наоборот, по возможности сближать».
В заключение наш авторитетный ученый высказывает соображения относительно формата того заведения, которое будет готовить специалистов для построения нашего будущего общества. Вместо существующих университетов и научно-исследовательских институтов это должно быть высшее учебное научно-исследовательское заведение, в котором на первых трех курсах должны изучаться фундаментальные науки, главным образом, математико-физического цикла, а на последних трех курсах даются знания и навыки, необходимые в самостоятельной научной работе.
Иными словами, если на первых курсах студент должен обучаться готовым результатам науки, то на последних трех – тому, как эти результаты добываются.
Эта идея вызвала широкий интерес в коллективе института.
Выступавшие были солидарны с основным содержанием этого концептуального взгляда на будущее высшей школы. Наиболее спорным явилось завершающее предложение Г.А. Смирнова-Аляева – о симбиозе учебной и научной частей в одном учреждении, распределении времени между первой и второй её частями.
На семинаре, посвященном учебно-методическим проблемам с интересными докладами выступили профессоры С.М. Баранов, В.Н. Кудрявцев, Р.И. Косцов и другие опытные педагоги.
Конечно же, в нашей повседневной работе мы стремились к тому, чтобы основные показатели учебно-воспитательной работы достигали наивысших значений. А наиболее значимыми характеристиками уровня учебного процесса всегда считалась абсолютная успеваемость и средний балл. Абсолютная успеваемость фиксирует число студентов, сдавших экзамены, к их общему числу, а средний балл отражает качество сданных экзаменов, то есть отношение суммы полученных баллов на экзамене, к числу студентов, которые успешно его выдержали.
В зимнюю сессию 1973/74 учебного года абсолютная успеваемость в институте составила восемьдесят пять процентов, а в весеннюю – восемьдесят восемь при среднем балле около четырех.
У нашего соседа, Ленинградского технологического института, в весеннюю сессию абсолютная успеваемость составила девяносто пять с половиной, а в Академии гражданской авиации – девяносто четыре с половиной процентов, то есть на несколько пунктов больше, чем у нас. Средний балл так же превышал наши значения.
Следствием низкого уровня успеваемости стало значительное число отчисленных студентов. В этом же учебном году с дневного отделения института было отчислено триста двадцать пять студентов, а с вечернего – триста тридцать один. Наибольшее число отчисленных студентов падало на первый и второй курсы обучения. Самое высокое число неудовлетворительных оценок, полученных студентами на экзаменах, относились к кафедрам высшей математики и физики.
Низкие учебные результаты были тесно связаны с неудовлетворительной учебной дисциплиной – пропуски занятий студентами достигали астрономических значений – сто пятьдесят тысяч учебных часов за учебный год.
Положение с успеваемостью студентов осложнялось еще и тем, что сотни студентов, в силу ряда причин, своевременно не получали зачетов по предметам, по которым уже следовало держать экзамен. Таких студентов было очень много, и ректорату к ранее утвержденному графику экзаменов приходилось издавать еще один приказ о дополнительной сессии, которая по своим срокам «наезжала» на начало следующего семестра. Если добавить к этому, что многие иногородние студенты опаздывали к началу семестра, то о каком организованном начале учебы можно было говорить.
Мы начали бороться с таким положением дел. Провели несколько общеинститутских и факультетских партийных собраний с повесткой «О состоянии и мерах дальнейшего улучшения работы ректората, партийной, профсоюзной и комсомольской организации по совершенствованию подготовки специалистов». Призвали коммунистов, преподавателей института, комсомольскую и профсоюзную организации повысить требовательность к студентам по выполнению «Графика сдачи домашних заданий, контрольных, лабораторных, графических и других работ, зачетов и экзаменов». И еще, конечно, потребовали создать атмосферу нетерпимости к лодырям и прогульщикам.
