Ну конечно, блять, мудрое, учитывая, что кое-кто мне тут целую лекцию устроил по поводу того, «какой я тупой мужлан и не понимаю, как важен для девушки макияж»… С трудом, но я объяснил Мэри, что Райх — страна милитаризованная и хотя мужчины здесь тоже не против красивых девушек, но Императорский двор может не так понять, если я приду… накрашенной… Бляха муха, это звучит-то стыдно, а она ведь на самом деле каждый день пытается заставить меня, нормального русского мужика, наносить больше макияжа… Просто нет слов, да ещё и этот не вовремя…
— Дамы, надеюсь, вы прочитали указания по этикету и поведению, что мы вам, — начал… всё-таки наверное он дворецкий, хотя одет… не так как обычно, одеты дворецкие из аниме и… фильмов, более богато, но и во дворце похоже неплохо ориентируется.
— Господин Оберт, если вы продолжите свои выходки, я буду вынуждена подать официальную жалобу, — вклинилась Дегуршафт. Не знаю, что произошло, но они посмотрели друг на друга… недобро.
— Прошу прощения, если чем-то обидел, — склонил голову мужчина, приложив ладонь к груди, после чего посмотрел на меня. — Когда откроются двери, войдёте, пройдёте к его величеству, остановитесь в четырех шагах. Когда всё закончится, можете отойти и встать рядом с полковником Дегуршафт, как со своим командиром. Если его величество что-то спросит, отвечайте коротко и ясно, без лишних подробностей… Прошу, полковник.
Он открыл дверь и зашёл в помещение вслед за ней, я так и не успел посмотреть, что за помещение и кто там есть. Слишком быстро открыли и закрыли двери. В коридоре остались два… вообще-то четыре, если считать тех, что в дальнем конце коридора, гвардейца и ещё два сопровождающих, один в гражданском, другой офицер Райхсвера в звании майора. Все, включая меня, стояли молча. Заметив зеркало, подошёл туда, чтобы ещё раз посмотреть, как новая форма сидит на Мэри и не испачкал ли я её где-нибудь.
Не знаю от волнения или других причин, но моя постоянная спутница внезапно выдала: — А что если император Райха умрёт? Он ведь как президент ОША?
— Чего? — вначале не понял я, благо сумел скрыть удивление, поправляя фуражку. — А тебе зачем это знать?
— Ну, убил же ты лидеров Руссии, теперь она не вступила в войну, а возможно даже вскоре будет воевать на стороне Райха… если уже не воюет, — прозвучал ответ.
Вообще ситуация с Руссийской Федерацией, если исходить из новостей, что сообщали в газетах с радио, а также крайне скудных ответах мелкой на этот счёт, была непонятная. Объявить-то ей войну ОША и Альбион объявили, но по факту могли лишь обстреливать с моря прибрежные поселения и иногда наносить удары по городам бомбардировщиками. Ну и на границе с Угуном, местным аналогом Китая, после первых столкновений шли какие-то неясные шевеления, непохожие на серьёзные боевые действия. Позиция его правительства до сих пор непонятна, с учётом того, что Угун официально вроде как независимая страна и это как бы будет война уже на несколько фронтов. На Аляске всё как-то совсем затихло, после того как выяснилось, что у коммунистов там больше десятка полноценных дивизий вместо небольшого гарнизона. Руссия не делала там активных действия от того, что те войска сейчас были отрезаны морем от основной части страны, а ОША и ОКФ не ожидали, что за эту мало освоенную территорию придётся серьёзно сражаться и тоже ничего пока не предпринимали. Да ещё и союз Руссии и Райха, заключённый недавно, вроде как включал тайный протокол о военной помощи, а может и это просто слухи. По сути, даже не было понятно, готовы ли две, недавно воевавшие друг с другом страны, забыть прошлое и правда стремиться к союзническим отношениям и тем более воевать вместе против своих врагов.
— И что — интересно, что будет, если я убью императора? — я хоть и понимал всю тупость этого разговора, понял, что у меня остался расчётный амулет, а значит совершить подобное она могла, так что несколько напрягся и решил уточнить.
— Ну, война бы закончилась, — ответила очень серьёзным тоном моя собеседница.
— С чего вдруг? — вновь не понял я. Неужели она настолько… простая? Хотя в моём мире тоже полно дураков, что считают, будто лидер государства или какой-нибудь начальник во всём виноват лично и если с ним что-то сделать, то всё мгновенно исправится.
— Ну… это же… ну как бы, — девушка замялась, видимо, поняв, что затупила.— А ведь напали на Райх, да… Просто в иностранной прессе говорят, что хотят призвать императора к ответу за развязывание войны. Разве если он умрёт, их официальная причина не… у них бы пропал повод вести войну, а в Райхе могли бы обвинить его во всём, видите ли он приказал и всё такое… А потом заключить мир… Конец войне.
— Никто не остановит войну, потому что она, да и любые другие войны, ведётся из-за денег и интересов элит, — выдал я умную мысль. Решив не обсуждать с ней все слабые места её «плана», продолжил: — Вот если бы напали пришельцы и хотели бы истребить человечество как вид, ну или там ещё что-то такое, вроде зомби-апокалипсиса, вот тогда война и правда шла бы за выживание…