После момента, когда небеса светились красным и вся земля тряслась так, что, казалось, будто Бог прогневался на наш мир, командование сообщило, что это был удар по коммунистам нашим новым мощным оружием, что принесёт нам победу. Появились слухи, что были уничтожены основные силы красных и почти все маги Райха, что им помогали. Мы пошли в наступление, которое, правда, в начале шло очень легко. Уже начали отбивать Канадские поселения, но… Коммунисты каким-то образом оправились и пошли в контратаку, а их Т-34 прорвались в нескольких местах и окружили часть наших сил, отбросив остальных. После же выяснилось, что и маги Райха пережили удар и теперь сменили тактику. Если раньше они действовали по всей длине фронта небольшими группами, то теперь по всей линии фронта двигалось несколько крупных подразделений размером с полк, которые уничтожали нашу оборону на своём пути, позволяя наземным силам прорывать её на больших участках. Конечно, это вроде бы открыло для атак нашей авиации и магов другие части Краснознамённой армии, но там появились маги Акицушимы и их авиация… Хотя то, как дела обстояли там, было не так важно, ведь мы уже знали, что полк имперских магов начал действовать в нашем регионе и, возможно, прямо сейчас движется сюда… Ай…
— Капрал Хесли, о чём ты опять задумался? — сказал капитан Грег, предварительно ударив по моей каске. — Всё, ты больше не офицер, хватит думать о полке, спустись на землю. Сейчас твои мысли должны быть сосредоточены только на твоём секторе обстрела, вон, от того дерева слева и до того трактора справа. Понял?
— Но, капитан, — начал я, улыбнувшись. Грег был уже ветераном в возрасте, и я его уважал, в отличие от того слащавого молодого полковника — сына сенатора штата, которому дал по роже за то, что угробил нашу роту. Потому ответил, вдохнув побольше воздуха: — Там скорее ободранный пенёк слева и куча металлолома справа…
— Отставить разговорчики. Как отведут в тыл, наряд вне очереди на кухне, — командир направился к лестнице. — И не думай отлынивать.
— Есть! — козырнул я, после чего добавил, когда он уже наполовину спустился по лестнице: — Капитан, разрешите вопрос? Что с Мэри-то делать?
— Пока ничего, — ответил он, замерев и посмотрев на девочку, которая, услышав своё имя, посмотрела на меня, а потом на него. — Все отряды либо заняли оборону здесь, либо отправляются на фронт на фланги, каждый человек на счету… когда прибудут раненые, возможно, удастся отправить вместе с ними в тыл.
— Но ей не место здесь! — чуть ли не повышая голос, сказал рядовой Бил. У него, насколько помню из разговоров, две дочери сейчас в Огайо. У меня был сын, так что я мог понять, что он чувствует.
— Я ничего не могу сейчас сделать, — ответил капитан перед тем, как уйти. — Кроме того, говорят, имперские маги, после того как красные захватили столицу штата и архивы магов, начали похищать детей, предрасположенных к магии… Возможно, ей тут даже безопаснее…
— Ну да, конечно, на передовой-то… — ответил Бил, но командир уже ушёл. — Уроды-имперцы, творят, что хотят, а мы… О, похоже, началось…
— Ещё нет, — ответил я напрягшись, как и все из-за тёмной массы, что начала выходить из леса, посреди которой виднелись тёмно-зелёные танки.
— Ура! — раздался громоподобный рёв, и просто ужасающее количество людей ускорилось, а танки, взревев двигателями и выбросив облака серого дыма, начали вырываться вперёд.
— Вот теперь началось. Всем приготовиться к бою! Стрелять после нашего пулемёта! — приказал я, передёргивая затвор и, как оказалось, немного поспешил.
— Банзай! — раздался чуть послабее, но не менее устрашающий воинственный крик множества солдат.
— Блять, и эти здесь, — произнёс кто-то рядом, а я стал наводить пулемёт на ближайший танк, на броне которого ехали пехотинцы врага.
Вообще-то с Империей Акицушима мы вроде как начали войну уже после того, как объявили войну Империи Райх и Руссийской Федерации, так что, наверное, потому их сухопутные войска появились на нашей территории совсем недавно, возможно, из-за того, что была уничтожена их столица. С тех пор иногда создавалось впечатление, что руссийцы и акицушимцы во время наступлений соревнуются в дисциплине: «Кто кого перекричит?» — хотя лично нам было плевать на то, что кричат атакующие: «Ура» или «Банзай». Причём до сих пор не было понятно, что означало «Ура» руссийцев, их союзники вроде кричали то, что переводилось «За императора», а у них…
— Эй, капрал, — дёрнул меня Мигли, указывая вверх, — у нас проблемы.
— Твою мать! — вспомнил я руссийское ругательство, которое слышал от пленных врагов во время нашего наступления, но лишь сейчас понял то, какой у этого словосочетания глубокий смысл.