3. Информация предназначена для глубокого изучения причин негативных явлений, чтобы правильно освещать командовании и Центру события, порождавшие измену Родине, дезертирство и членовредительство. Командование и Центр на основе информации военной контрразведки должны иметь возможность делать соответствующие выводы и намечать мероприятия по пресечению преступлений. Поэтому в докладных записках и специальных сообщениях следует подробно излагать материалы о совершенных преступлениях с указанием фамилий преступников, времени совершения преступления, характере преступления, результатах расследования и принятых мерах.
4. Информация должна быть целеустремленной и конкретной, нельзя в одном документе писать обо всем. Такая информация является некачественной и не дает возможности использовать ее командованием фронта и руководством УОО НКВД СССР. В ней должен содержаться один вопрос или ряд аналогичных вопросов, связанных друг с другом.
5. В информации недопустимо искажение фактов и очковтирательство. Несвоевременные и непроверенные данные о войсках вводят в заблуждение командование и Военные советы. По каждому выявленному факту ложных донесений со стороны немедленно информировать командование для принятия соответствующих мер, привлекая в отдельных случаях виновных к уголовной ответственности.
28 марта 1942 г. зам. нач. ОО НКВД Западного фронта, майор ГБ Шилин обратил внимание нач. ОО НКВД армий на факты очковтирательства со стороны командиров ряда разведывательных подразделений: «Идя на разведку, заданий не выполняют, а по возвращении докладывают командованию ложные сведения как о своих действиях, так и о противнике». Арестованный ОО НКВД 50 армии старшина разведывательной роты Попов на допросе показал, что у разведчиков моторазведроты не было ни одного честно выполненного боевого задания. Они проявляют трусость, при первом выстреле противника поворачивает обратно, не выполняя задания. Какой-либо контроль со стороны командира и комиссара роты и помощника начальника штаба по разведке за выполнением боевого задания отсутствует, сведения, сообщенные разведчиками, «не проверяются, и все верится на слово». В штабе 22-й армии оперативный отдел не знал точного положения войск, и, давая явно несвоевременные и непроверенные данные о войсках, тем вводил в заблуждение командование и Военный совет, а Военсовет, не проверяя этих данных, доносил их командованию фронта. Кроме этого, в сложной обстановке оперативный отдел не давал боевых приказов, а ограничивался частными распоряжениями, а если иногда и давал приказы, то с большим опозданием, и до частей и совета эти приказы доходили на 2-й или 3-й день. Так, 3 октября 1941 г., в 6 часов утра, командующий приказал произвести перегруппировку частей армии с целью их отвода на новые рубежи. Боевой приказ был подписан только в 17 часов.
Отметим, что в информировании руководства страны крайне важное значение имело взаимодействие всех силовых структур. С 4 июля 1941 г. по просьбе нач. Разведывательного управления Генштаба Красной армии, генерал-лейтенанта Ф.И. Голикова Л.П. Берия отдал распоряжение Меркулову направлять ему имевшиеся в НКВД материалы и обзоры по оснащению, вооружению и экипировке захваченных германских парашютистов и найденных у них кодов, шифров, данных для работы по радио и т. д., особо представлять образцы радиостанции немецких парашютных отрядов.
Эффективность чекистской информации во многом зависела и от взаимоотношений с командным и политическим составом армии и флота. Они не всегда были простыми. Многие военачальники не хотели «выносить сор из избы», умалчивая отдельные факты поведения свои подчиненных и другие негативные явления. Нач. ОО НКВД Карельского фронта, ст. майор ГБ Гладков 17 ноября 1941 г. счел необходимым поставить вопрос перед командованием ВВС Карельского фронта о мерах воздействия на командование 5 БАО за игнорирование сообщения уполномоченного ОО НКВД о невозможности посылки на фронт бывшего красноармейца Бояковского, который впоследствии перешел на сторону врага. Один из членов Военного совета фронта (подпись на документе неразборчива) 19 ноября 1941 г. написал резолюцию:
«Командующему ВВС фронта.
Это большое безобразие. Внушите вашим подчиненным, что ОО для этого и существует, чтобы предупреждать такие факты, какие указаны в спецзаписке, и надо к этому прислушиваться, а не игнорировать. Наложите взыскание на виновника в посылке на фронт этой сволочи»[640].
