С учетом масштаба подрывной работы противника более эффективным становилось противодействие ему при непременном условии заблаговременной информации о его замыслах. Но не все имевшиеся источники получения оперативной информации были постоянными, и полностью полагаться на них было нельзя. Поэтому были приняты меры прежде всего по совершенствованию оперативной работы. С 9 ноября 1941 г. зам. нач. 3-го Управления НКВД Кобуловым было предложено: максимально нагрузить «оперработников работой с агентурой и усилить агентурно-оперативную работу. Наряду с выявлением и ликвидацией контрреволюционных и антисоветских элементов обяжите агентуру систематически освещать политическое настроение всех слоев населения. Информационные материалы без задержки передавать для суммирования и доклада наркому». В ходе войны руководство страны увеличивало объем информации органов безопасности. С каждым днем войны все большее значение она приобретает не только о положении на фронте, но и на оккупированной территории. Поэтому 4 июля 1941 г. НКВД издает следующую директиву: «Нам ничего не известно о том, что делается на территориях, занятых противником, какие мероприятия проводят немцы, как относятся к населению и т. д. Предлагаю срочно использовать все имеющиеся у нас возможности для получения необходимой нам информации…»[641].
Руководство НКВД, Генерального штаба и другие высшие инстанции стали ежедневно получать десятки докладных и оперативных сводок. В отделах и службах военной контрразведки с учетом опыта первых месяцев войны были приняты меры по расширению источников информации, совершенствованию оперативно-осведомительной сети, получению данных и их проверке. При этом основное внимание обращалось на ход подготовки и проведения операций, необходимость во всех случаях выявлять виновников и причины недочетов, а также указывать мероприятия, принятые военной контрразведкой и командованием по их устранению.
Источниками получения необходимых сведений органов госбезопасности являлись прежде всего разведывательные данные на основе информации, собранной ОО, территориальными и транспортными органами НКВД, материалы военных трибуналов войск НКВД и Особого совещания при НКВД СССР, результаты опросов военнослужащих Красной армии, бежавших из плена и вышедших из окружения, военнопленных, партизан, данные радиоперехватов и др. Так, по заданию Главного Политического управления РККА источник «Григорьев» был командирован в штаб Юго-Западного фронта, где объездил войсковые части с целью проверки состояния партийно-политической работы. С 18 по 30 июля он выступил с докладами перед 20 тыс. человек, ответил на их вопросы и беседовал с сотнями людей. По итогам поездки «Григорьев» сообщил 1-му отделению 1-го отдела 3-го Управления НКВД СССР о положении в прифронтовой полосе Юго-Западного фронта, отметив, что «морально-политическое настроение наших военных превосходное, их состояние в смысле боевого духа очень хорошее». «Григорьев» стал свидетелем десятков фактов массового героизма.
В агентурном донесении секретного осведомителя «Сплав» от 30 декабря 1941 г. на имя нач. 1-го отделения ОО НКВД Западного фронта сообщалось об успешном наступлении группы Белова в районе Козельска, но из-за отсутствия прикрытия с воздуха нашей авиации и зенитных средств авиация противника действует безнаказанно, а части несут большие потери. Кавалерия в такой большой массе в условиях открытой местности без прикрытия с воздуха действовать не может. «Сплав» отметил: «Белов делает вывод, что если не будут приняты срочные меры по обеспечению его действий с воздуха, ставится под угрозу выполнение задачи»[642].
В первые месяцы войны пленных немцев, румын, финнов и др. было не так много, да и в ходе длительного отступления советских войск не было ни времени, ни организационных возможностей просеять и проанализировать разведывательные донесения и итоги их допросов. Но к осени 1941 г. положение изменилось. По состоянию на 3 ноября 1941 г. группой оперативных работников в составе только трех человек было допрошено 169 немцев и 133 финна. В ходе допросов военнопленных был получен ряд ценных разведывательных материалов, переданных затем командованию.
