− Нач. ОО НКВД ОДВО бригадный комиссар Вяземский сообщил в центр о том, что «для принятия решения» 21–22 июля 1941 г. в г. Одессу приезжал командующий ВВС Южного фронта генерал-майор авиации Шелухин, который пробыл в городе сутки и ничего существенного не сделал, не дал никаких распоряжений, ни указаний, между тем как ему был поставлен ряд вопросов организационного порядка. Но вместо того, чтобы их разрешить, в частности, о распределении и подчинении частей и учреждений, находившихся ранее в ОДВО, Шелухин занялся вопросами личного порядка: заказал сшить костюм, вымылся в бане и т. п. и уехал. По заявлению командующего ВВС ОДВО комбрига Катрова и других работников штаба, а также агентуры, Шелухин «характеризуется исключительно с отрицательной стороны, как неспособный командир, руководить таким ответственным участком»[674].
28 февраля 1942 г. нач. ОО НКВД 13-й армии, майор ГБ Мельников в докладной записке нач. ОО Брянского фронта Вадису сообщил о недочетах в работе политотдела армии по разложению войск противника[675]. А. Вадис затем доложил об этом Военному совету фронта, который по данной информации принял специальное решение.
Без учета мнения сотрудников органов госбезопасности, как правило, не производилось даже награждение военнослужащих. Какие же компрометирующие материалы препятствовали награждению орденами и медалями бойцов и командиров за боевые подвиги? Майор Гросатов Александр Васильевич разрабатывался по делу-формуляру как сын крупного торговца, бывший офицер, имевший высшую награду царской армии, к тому же был в плену в Германии в 1916–1920 гг., женат на дочери попа. Инженер-капитан 1-го ранга Машков Александр Федорович состоял на оперативном учете, его брат, капитан Красной армии, в 1938 г. был арестован за участие в военно-троцкистской организации.
ОО НКВД СССР собирали информацию о настроении советских военачальников. В этих целях активно использовались различные способы получения необходимой информации, в том числе и прослушивание разговоров, которые вели генералы у себя дома, при встречах с теми, кому они доверяли. «Записи таких разговоров – своего рода «срез» политического сознания части высшего генералитета, во многом меняющий наши сформировавшиеся представления о советских генералах». Записи разговоров, сделанные сотрудниками органов госбезопасности, могли стать основанием для снятия генералов с должности, их ареста, многолетнего пребывания в заключении в ожидании суда, а в отдельных случаях и смертного приговора[676].
Чекисты высказывали свое особое мнение по поводу выдвижения на командные должности. От информации на отдельных лиц командного состава ОО переходят к проверке и подготовке специальных справок на каждого из них. Так, 6 августа 1941 г. нач. ОО НКВД Северо-Западного фронта, комиссар ГБ 3-го ранга Бочков и нач. 4 отделения ОО НКВД фронта, лейтенант ГБ Костиков предложили всем нач. ОО НКВД армий, дивизий и бригад фронта в целях своевременного отражения «всех материалов, как положительных, так и отрицательных, выявленных в процессе хода боев, и принятия соответствующих мер к командирам, комиссарам и нач. штабов армий, дивизий, бригад, полков, не обеспечивающих успешное руководство боевыми операциями частей:
1. Два раза в месяц, 13-го и 28-го числа, представлять в ОО НКВД С-З фронта справки с указанием всех материалов, дополнительно полученных в процессе хода боев на командиров, комиссаров, начальников штабов, дивизий, бригад, полков и комиссаров батальонов и дивизий. В справках указывать положительные и отрицательные качества командиров, комиссаров и начальников штабов соединений и частей.
2. Начальники ОО НКВД армий аналогичные справки представляют на руководство армий (комвойсками, членов Военного Совета, начальника политического управления, начальника штаба и начальников отделов штаба армии).
3. О перемещениях и серьезных материалах доносить немедленно, используя для этого все средства связи»[677].
27 августа 1941 г. нач. ОК Западного фронта Алексеев поручил нач. ОО фронта проверить список личного состава, выдвигаемого на высшие должности: командиров СД-19, командиров танковых бригад – 10, нач. штабов СД – − 5, начальников штабов танковых бригад – − 4»[678].
