Была улучшена проверка лиц при поступлении на службу и поставлен заслон нарушениям порядка, установленного приказами НКО приему вольнонаемного состава: машинисток, делопроизводителей и др. В соответствие с указанием об очистке штабов от подозрительных и негодных для работы элементов по соглашению с командованием штабов они направлялись в полевые части. А при малейших подозрениях или при наличии заслуживающих внимания компрометирующих материалов через Военные советы такие работники переводились на менее ответственные участки работы, либо в тыловые учреждения. Вокруг штабов и тыловых учреждениях армий, а подчас и на командных пунктах находилось без дела очень много посторонних людей. ОО их не знали, не проверяли, а, между тем, среди них подвизались вражеские лазутчики-шпионы, которые пользовались беспечностью и безнаказанностью. Удаление из ряда частей лиц, не имевшие никакого отношения к ним, способствовало тому, что сузило базу для преступной работы противника.
Арестованные немецкие разведчики показали, что имели задание по сбору сведений о расположении штабов частей, аэродромов, складов с боеприпасами и продовольствием, передвижениях артиллерийских и танковых частей Красной армии. На Юго-Западном, Южном и Северо-Западном фронтах женская агентура абвера заводила знакомства среди военных и устраивалась в частях в качестве медсестер, официанток, прачек и уборщиц для ведения шпионажа, провокаций, разложения военнослужащих и, используя личную близость с ними, стремилась собирать данные, интересующие абвер. Поэтому сотрудники ОО стремились оградить штабы и учреждения фронтов и тыловых учреждений от агентуры противника, не допустить посторонних лиц в районы расположения штабов, создать порядок, исключавший возможность проникновения туда посторонних. Так, к 8 августа 1941 г. в районе расположения Военного совета Западного фронта была проведена проверки агентурным и официальным путем жителей, проживавших в районе расположения Совета, отделений штаба фронта и других, в том числе м. Бровары Киевской области. Было выявлено 19 человек «социально чуждого элемента», из них лиц, имевших связи с заграницей, трое, один – бывший в плену у немцев, восемь антисоветчиков, двое уклонившихся от призыва в Красную армию, двое бывших торговцев и др. Броварскому РО НКВД было дано указание принять необходимые меры по переселению наиболее злостных элементов из района расположения отделов штаба и войсковой части. Благодаря мерам, принимаемым особыми отделами, удалось обезвредить сотни агентов абвера, стремившихся парализовать работу штабов, в том числе М.Д. Клименко, Миронова и Просянникову.
В спецсообщениии от 11 октября 1941 г. нач. ОО НКВД Юго-Западного фронта, бригадного комиссара Селивановского Абакумову речь шла о разоблачении агента немецкой разведки Клименко. В первых числах сентября 1941 г. она была завербована работником разведотдела 40-й армии Ивановым для работы на территории, занятой противником, под кличкой «Дина» и, получив две явки в г. Конотоп, 15 сентября переброшена на сторону немцев. Прибыв в г. Конотоп и не выполнив задание, Клименко намеревалась возвратиться в Белополье, но на оборонительной линии задержана немцами и доставлена в штаб. Там на допросе призналась, что является агентом советской разведки. После допроса была немцами перевербована и под кличкой «Мери» переброшена на советскую сторону с заданием: добиться поступления на работу в качестве повара в столовую начсостава 40-й армии, где в первую очередь принять меры к отравлению работника советской разведки Иванова, затем достать стрихнин и заняться отравлением пищи, предназначенной для комсостава, собрать подробные данные о военных соединениях армии, расположении аэродромов, количестве самолетов на них, о заводах, имевших оборонное значение. Во время отхода частей Красной армии из Белополья Клименко должна была остаться в городе и передать немцам интересующие их данные[844].
4 октября 1941 г. ОО Карельского фронта арестовал бывшего пом. нач. штаба 52-го сп 71-й сд, лейтенанта Миронова, который на следствии сознался, что является агентом германо-финской разведки и связан с ее резидентом Сивулой Юхо. При аресте у Миронова были изъяты ключ от переговорной таблицы, таблицы сигналов для переговоров по рации и телефону, топографические карты и другие секретные документы.
ОО Южного фронта разоблачил агента немецкой разведки, сотрудницу разведотдела штаба 38-й армии Просянникову. Будучи переброшенной для разведывательной работы в тыл противника, она была там арестована, перевербована немецкой разведкой и переброшена в СССР с заданием продолжать сотрудничать с разведорганами Красной армии, информируя немецкую разведку об их работе[845].
