Организацией зафронтовой работы в армии в начале войны занимались, как правило, ОО армий, а на Черноморском флоте – созданная в октябре 1941 г. в 3-м отделе флота в составе КРО специальная оперативная группа по организации агентурно-оперативной работы в тылу противника. Для руководства партизанским движением и организации подпольных коммунистических ячеек и диверсионной работой в районы, захваченные противником, должны были быть направлены наиболее стойкие руководящие партийные, советские и комсомольские работники, а также лица, преданные советской власти и знакомые с условиями района, в который они направляются. Засылка работников в эти районы должна быть тщательно подготовлена и хорошо законспирирована, для чего следует каждую группу (2-3-5 человек) засылаемых связывать только с одним лицом, не связывая засылаемые группы между собой. Чекисты широко привлекались подпольным партийным комитетами к организации разведки партизан. Так, в Брестской области по согласованию с подпольным обкомом партии командир оперативной группы М.П. Хохлов стал нач. ОО Южной партизанской зоны. Он активно вел разведку, получил много ценных данных о переброске войск врага и строительстве укреплений[1024].
И все же с разными задачами шли в тыл врага. Вот как наставлял командира разведывательной группы секретарь ЦК комсомола Республики Карелия Ю.В. Андропов («Могикан»): «Вы не диверсионно-террористическая группа. Оружие, повторяю, вам для самообороны, на черный день. Никаких открытых столкновений с врагом. Ваша главная задача – население оккупированного района. Станьте для него советской властью»[1025].
Программными документами для организации борьбы в тылу врага являлись совместная директива ЦК ВКП (б) и СНК СССР от 29 июня 1941 г. «Партийным и советским организациям прифронтовых областей» и решение ЦК ВКП (б) от 18 июля 1941 г. «Об организации борьбы в тылу германских войск», а также известная речь И.В. Сталина от 3 июля 1941 г. В этих документах всем партийным и советским органам предписывалось в занятых врагом районах организовывать партизанские отряды и диверсионные группы для взрыва мостов, разрушения дорог, вывода из строя телефонной и телеграфной связи, срыва всех мероприятий гитлеровцев, придать борьбе советского народа в тылу врага самый широкий размах и высокую боевую активность.
Во исполнение решений ЦК ВКП (б) и СНК СССР были разработаны специальные нормативные акты органов госбезопасности: указание 3-го Управления НКО СССР от 27 июня 1941 г. «О функциях органов 3-го Управления НКО на военное время», «Положение о работе четвертых отделов НКВД-УНКВД».1 июля 1941 г. появились первые директивы о ведении работы в тылу противника. Они поставила конкретную задачу перед органами государственной безопасности: приступить к диверсионно-террористической и разведывательной работе[1026]. Но кроме последней директивы это были документы весьма общего и абстрактного плана, по линии сугубо партийной, а не на четком военном языке. С профессиональной точки зрения, полагал известнейший отечественный специалист полковник И.Г. Старинов, «это было безумием. Партизанские отряды надо было создавать до оккупации… Теперь было некому… Сталин нацеливал на партизанщину, а не на серьезную партизанскую войну. В его приказе не было главного, того, что должно было стать стержнем – постановки задачи отрезать войска противника от источников снабжения. Если бы кто-то, а не Сталин сказал, что партизаны должны поджигать леса, его сочли бы провокатором. Поджоги лесов были выгодны противнику, но не партизанам»[1027].
Одной из важнейших задач ОО в работе за линией фронта было добывание всесторонней разведывательной информации для политического руководства страны, командования Красной армии и органов безопасности, советских и партийных организаций о положении на оккупированной территории. Необходимость активизации агентурной деятельности в тылу вражеских войск вызывалась обстановкой на том и ином участке фронта. Прежде всего это касалось Северо-Западного региона, который быстро был втянут в активные боевые действия. Значительная часть его территории оказалась под вражеской оккупацией. Так, в Ленинградской области из 72 районов полностью были оккупированы 44 и частично 13. Именно в этих районах, да и в тылу вражеских войск важно было создать мощную разветвленную сеть советской военной разведки.
