Военные преступления полностью

Некоторые, например члены рода красных драконов и ее сестра, встали. То же самое сделали и драконы из других стай, а затем и остальные. Очень скоро зал наполнился звуками топающих по полу ног. Почти все присутствующие встали, демонстрируя молчаливое уважение бывшему Аспекту, тысячелетиями охранявшему, защищавшему и лелеявшему жизнь на Азероте. Алекстраза между тем подошла к стулу и, прежде чем сесть, склонила увенчанную рогами голову и оглядела обращенные к ней лица. На губах драконихи появилась нежная улыбка, она прижала руку к сердцу, выразив таким образом благодарность. В ее глазах блестели слезы.

Кейлек, вставший вместе с Джайной, прошептал:

– Тебе это нужно?

Та не ответила.

Тиранда тепло улыбнулась Алекстразе и низко поклонилась.

– Хранительница Жизни! Я постараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы сделать наш диалог как можно менее болезненным.

– Вы добры, – откликнулась Алекстраза. – Я очень благодарна.

Тиранда глубоко вдохнула.

– Свидетельница не нуждается в представлении, ее знают даже небожители.

– При всем уважении, я протестую, – вмешался Бейн. – Если у свидетельницы нет показаний против Гарроша Адского Крика, я требую отказаться от ее допроса.

– Фа-шуа, Гаррош Адский Крик получил поддержку от одного из орочьих кланов – клана Драконьей Пасти. Этот факт имеет огромное значение, – возразила Тиранда. – Мне хотелось бы рассказать суду, с кем в последние годы Гаррош заключал союзы.

– Фа-шуа, – начал Бейн, – все мы или большинство из нас время от времени выбираем плохую компанию. То, что представители клана Драконьей Пасти делали в прошлом, не имеет никакого значения.

– Чжу-шао Кровавое Копыто убедительно доказал свою точку зрения, – заметил Тажань Чжу.

– Да, но это лишь фрагмент общей картины, – ответила Тиранда. – Клан Драконьей Пасти обращал драконов в рабство раньше и до сих пор продолжает мучить их и лишать свободы. Тем же самым они занимались и в период правления Гарроша, поэтому, на мой взгляд, я имею полное право допросить свидетельницу.

Тажань Чжу удовлетворенно кивнул:

– Я согласен с обвинительницей. Можете продолжить.

– Хранительница Жизни, вы и драконы из вашего рода были похищены орками клана Драконьей Пасти. Это правда?

– Да, – ответила Алекстраза. Джайна заметила, с каким спокойствием она держалась.

– Не могли бы вы рассказать, как это произошло?

– Орки из клана Драконьей Пасти завладели Душой Демона – артефактом, с помощью которого можно контролировать драконов. Они проследили за одним из раненых драконов, ворвались в наш дом и захватили с помощью Души Демона трех моих супругов и меня. Впрочем, мы не сдались без боя.

– Что произошло потом?

– Некрос, управлявший Душой Демона, приказал мне и моему роду следовать за ним в Грим Батол.

– Что они от вас хотели?

– Они собирались оседлать нас и использовать в войне против Альянса: вывести на поле боя и заставить атаковать их врагов.

– Вероятно, некоторые красные драконы погибли в бою. Как орки из клана Драконьей Пасти заменяли их?

– Они забирали моих детей каждый раз, когда я откладывала яйца.

От сочувствия Джайна прикусила нижнюю губу. У нее не было детей и, скорее всего, никогда не будет. Но Джайна обожала «племянника» Андуина и тяжело переживала смерть своей ученицы Киннди. И все же она понимала, что эти привязанности не имеют ничего общего с узами, которые формируются между родителями и детьми. Стать матерью волшебных существ, воплощающих саму жизнь, но все же смертных, и наблюдать за тем, как их порабощают. Джайна не могла даже вообразить, как Алекстраза это пережила. Она посмотрела на небожителей и заметила, что даже они, всегда внимательные и беспристрастные, были расстроены.

– Простите, что мне приходится задавать такие острые вопросы.

– Я понимаю, для чего это нужно.

Тиранда с благодарностью взглянула на Алекстразу. Джайна же вдруг поняла, что это Королева Драконов утешала жрицу ночных эльфов, а не наоборот. Она удивленно покачала головой.

– Вы сказали, что детей забирали «каждый раз», когда вы откладывали яйца, – продолжила Тиранда. – Выходит, вы делали это больше одного раза? Почему вы добровольно продолжали, зная, что детей заберут?

– Сначала я отказывалась, – ответила Алекстраза. – Говорила, что смогу отдать им только несколько яиц, и все мои супруги тоже были против. И тогда Некрос… Некрос взял одно из яиц и, держа его у меня перед лицом, раздавил так, что на меня попало его содержимое, – голос Алекстразы срывался, она замолчала, пытаясь успокоиться, а затем продолжила: – Я в ужасе закричала. Он убил еще нерожденное дитя прямо у меня на глазах, его кровь покрывала мое тело… Несмотря на сдерживавшие меня цепи, я набросилась на орков и, прежде чем меня заставили успокоиться, покалечила нескольких из них.

– И вы стали делать то, что они требовали.

– Не сразу. Я отказалась от еды, надеясь, что умру и спасу нерожденных детей от пыток. Тогда они разрушили еще одно яйцо. И после этого… я подчинилась, – Алекстраза грустно улыбнулась. – Видите ли, если бы мои дети выжили, осталась бы надежда на то, что однажды они обретут свободу.