В госпиталь не поехали — лечатся самостоятельно. Когда один видит, как ковыляет другой, то ухмыляется и кричит:
— Смотрите, бабушка идет! Пропустите бабушку!
Толстый осколки из себя сам повыковыривал…
В 6-30 Ротный, Паша, Валера, я и Женька выехали под Водяное. С нами — разведвзвод 2-й БТГР во главе с капитаном Костей Поповым. С винтовками — я и Валера. Задача: перекрыть возможные пути отступления сепаров от села. В Водяное на зачистку пошла броня с правосеками.
Работали под Водяным до 14 часов, оттуда поехали на КП под Очеретино.
В 15 часов выдвинулись под Красный Партизан, прикрывали встречу комбрига с сепарами из «Востока». Сходили штатно, полюбовались на откормленные рожи сепаров.
А вообще — с Днем юриста! Праздничек сегодня…
…Сепарскому священнику, видимо, было скучно — он рассеянно бродил взад-вперед по асфальту трассы.
Лет пятидесяти, худощавый. Ряса, простой деревянный крест.
Тяжелые армейские ботинки, камуфлированные штаны навыпуск.
Поверх рясы — камуфляжная же куртка с шевроном на левом рукаве.
Шеврон видно плохо, но вроде — батальон «Восток».
…Тот, кто надевает военную форму в зоне боевых действий, да еще и со знаками принадлежности к одной из сторон — тот воюет.
Можно брать.
…Некоторое время думаю эту мысль. Сегодня задача другая, но на будущее, так сказать.
Не надо.
Вою будет до небес.
«Фашисты батюшку убили…».
По трассе идут две машины. Чистенькие, сверкают. Легковая «Вольво» и фургон «Мерседес».
Машины притормаживают.
Рослый сепар в такой же «горке», как у меня, машет рукой: «Проезжай!», но колонна останавливается.
Пассажир «Вольво» опускает стекло. Это священник. Видимо, какой-то крупный церковный чин.
Сепарский поп наклоняется к окну, его о чем-то спрашивают, он объясняет.
Вроде как оправдывается.
Через пару минут священник выходит из машины. Высокий, дородный человек в сиреневой рясе. Идет к сепару в «горке». Рядом семенит шеврононосец.
Разговор, конечно, не слышен. Но видно — идет предъява.
Священник из «Вольво» одной рукой трясет местного попа за шеврон на куртке, а другой увлеченно жестикулирует.
Сепар в «горке» что-то объясняет.
Вроде как оправдывается…
Когда вернулись в Тоненькое, в базовый лагерь, посмотрел в Интернете, кто это мне такой встретился. Шеврононосец — так называемый «отец» Борис, священник сепарского батальона «Восток». А «клизму с патефонными иголками» прописывал ему на дороге, видать, целый архиепископ Горловский.
Ясно же: духовные особы имеют право носить на себе только те эмблемы и одежду, что утверждены церковью.
У них там дисциплина похлеще, чем в армии.
Вот такой расклад забавный.
…Кот сошел с ума. Скорее всего, был тяжело контужен близким разрывом.
Он передвигался, мурча и ласкаясь.
Все время.
Он терся о ноги людей. О патронные ящики. О гусеницы танков, держащих перекресток.
Довольно крупный кот. Полусибирский. Не молодой уже.
— Посмотрите, я же хороший! Поглядите только, какой я ласковый! Я самый-самый добрый кот на свете! Зачем вы так со мной? За что? Я безобидный, старый котик. Что я вам сделал?! Зачем все время этот ужасный грохот? Зачем меня что-то подхватило и швырнуло о бетонную стену? Я не понимаю, что происходит, кто и за что меня наказал, поэтому смотрите все — люди, деревья, танки, Бог — я хороший! Не надо больше такого, прошу вас! Взгляните, разве можно обижать такого ласкового кота?!
…Вот появилась стая в пять дворовых собак, из тех, что бросили эвакуировавшиеся жители Песок.
Кот вышел навстречу и стал ластиться к собакам.
Привставая на задние лапы, старался достать своей головой до морды большого черного пса…
Обескураженная стая пятилась, а кот шел за ней и мурчал.
… На дамбе рвутся тяжелые мины — сепары обстреливают Пески.
У нас дома всегда жили кошки…
Завтра ровно три месяца моей войне.
12 июля в 18–00 прибыли в базовый лагерь, успели свалить в кучу сумки и рюкзаки… А спустя десять минут взвилась красная ракета, и мы пошли на первый боевой выход — поиск сепарских БМ-21 (РСЗО «Град»).
3 месяца. 51 боевой выход.
Много это? Мало? Кто знает… Я знаю одно.
Человек говорит: — Я здесь, в тылу, принесу больше пользы!
А мы слышим: — Я слишком хорош для фронта…
А в целом у нас все хорошо. Только сепары бьют по базовому лагерю.
В «прокурорском» домике с нами поселился ВСП-шник Дима. Он прибыл на замену дяде Мише, уехавшему по ротации. Одессит Дима учился в Харькове на военного авиаинженера. Нормальный такой парень.
Сепарская артиллерия свалила несколько бетонных электростолбов в Тоненьком. Поселок обесточен, опять переходим на дизельгенераторы. Заказал патриотам Харькова пятикиловаттный генератор, а тот наш маленький два домика не тянет.
ВСПшник Дима вечером пошел в дом Новосельцева искупаться. В одном полотенце и тапочках. Идти тут метров 20, если в обход, а не по грязи.
