Принудить к миру человека, у которого под руками вторая по силе армия на Земле, — скажем, так, ну… непросто, дорого и долго делать.
Не хотелось бы нагнетать, но и ситуация, когда две трети населения либо закрыв глаза, либо в розовых очках сидят — ненормальна и ведет к краху.
Потому готовитесь к войне, люди. Переключайте постепенно мозг с мирных целей, планов и задумок.
Они не воплотятся.
Будут лишения и потери. Будет официальное военное положение, а может — и официальное состояние войны.
Будет ненависть и горесть. Будет усталость и отчаяние. Будут успехи и поражения.
И будет Мир.
Путь к миру долог, и не всем доведется пройти его до конца.
Но идти по этому пути должны все. Кто фронтовой дорогой, кто тыловой, но все.
Только так дойдем. Так уж выпало нам…
…Патриотические мирняки и дома, и в Фейсбуке меня часто спрашивают: кто воюет против вас на Востоке?
Спрашивают, а я же вижу — надеются, что я отвечу: русские.
И когда слышат мой ответ — что в основном местные, расстраиваются…
Мне сегодня сказал умный человек, что людям, наверное, не нужна правда о войне.
Наверное, он прав. И вся правда о войне не нужна людям. Но они должны хотя бы представлять: какая именно идет война.
Какая война отбирает их братьев и сыновей. Какая война их уничтожает, ломает, закаляет, ожесточает… Меняет…
По моим наблюдениям, на линии боевого соприкосновения соотношение российских добровольцев и местных сепаров — примерно один к пяти.
Что же касается кадровых военных, то строевые части и подразделения армии РФ массированно вводятся с ее территории, в основном, в ключевые точки в узловых моментах противостояния.
Так было под Иловайском.
Так происходит под Дебальцево.
Между тем, артиллерийские подразделения РФ, которые размещаются в пределах нескольких километров — нескольких десятков километров от линии фронта, находятся здесь постоянно.
Это же касается и военных инструкторов, советников.
В остальное время непосредственно на передовой кадровых военных РФ немного — отдельные спецы. В бой же бросают в основном местных, которых никто особо не считает и за боевые потери среди которых никто из их командиров по определению не ответственен. Пушечное мясо они не жалеют…
Постоянна и военная помощь сепарам от РФ — бронетехника, оружие, боеприпасы и ГСМ идут через границу по автомобильным и железным дорогам.
А значит, это война — гражданская.
Да, сопряженная с интервенцией, да, инспирированная Россией, но — гражданская.
Как бы нам не хотелось считать ее Отечественной или войной за Независимость — она гражданская.
Это есть факт.
От этого не легче и не труднее. И воевать все равно приходится и нужно.
Но осознавать это надо.
Потому, что даже если одна из сторон побеждает в гражданской войне — страна в развалинах, одна часть населения ненавидит другую и репарации получить не с кого…
…Что движет людьми на войне?
Какими должны быть побуждения человека, добровольно или «по повестке, но не отмазываясь» пошедшего воевать?
Ежедневно рисковать своей жизнью, отнимать чужие…
Как отличаются и в чем сходны эти побуждения у нас и у сепаров?
Конечно, по сепарам я мог бы что-то сказать только на основе общения с пленными, но мне редко приходилось с ними беседовать, потому за сепаров пусть сепары в дневниках пишут.
Итак, почему воюют НАШИ:
1) наиболее распространенный ответ на такой вопрос: «Чтобы фронт не пришел в мой родной город, село, поселок…» Война, раз уж началась в этих степях, должна быть обуздана, локализована и завершена здесь же.
Я и сам воюю за это.
2) «За пацанов» — второй по распространенности ответ. Человека призывают, он идет и воюет потому, что у него есть гордость, потому, что ему стыдно косить и трусить на виду у других, таких же. Потом, когда приходят первые опасности и первые потери, люди просто дерутся друг за друга и поддерживают друг друга, чтобы выжить в войне…
3) Чистые, я бы сказал, идейные, патриоты. Они идут воевать потому, что им всегда была близка украинская национальная идея, они и до войны считали Россию врагом, многие прошли Майдан и воюют за независимость или в национально-освободительной войне. В армии эта категория бойцов представлена меньше, их очень много в добровольческих батальонах.
4) Согласно присяге. Для многих людей воинская присяга — далеко не пустой звук, и давши ее один раз, они следуют ей всю жизнь. Таких очень много среди профессиональных и потомственных военных. Более того — мне известен случай, когда человек на Майдане был среди оплаченных «титушек», а на войну попал в числе первых — присяга есть присяга. И воюет до сих пор, с начала мая. Вот так вот бывает.
5) Из-за денег. Представьте себе, да, есть и такая причина. Многие, кто зарабатывал на гражданке 4 тысячи, сейчас получают еще плюс 6–8. И воюют.
