Здравствуйте, дорогие мои – мамуля, Лидия и Тамарочка. Крепко целую вас несчетно раз и желаю доброго здоровья. Да, скоро Новый год. Каков он будет? Конечно, без сомнения год окончательной победы над проклятым врагом. Ведь до Берлина осталось совсем недалеко.
Мамулька, родная, не падай духом, скоро вернусь и непременно встретимся! Роднулечка, за меня не беспокойся, ведь у меня все в порядке, живу хорошо по-прежнему. Ну а как окончится война, я тебе заготовлю почву на веселого жениха, только непременно веселого!
Пишите, как только будет свободное времечко. Пишите обо всем, о вашей жизни и жизни родного города. Как занимается и работает Тамарочка. Привет всем знакомым и родным, крепко, крепко целую вас несчетно раз.
Остаюсь ваша прежняя курносая – Сашка.
Письмо командира танковой роты гвардии старшего лейтенанта А. П. Долгова матери
Мама!
Ты, наверное, совсем устала. Сколько тебе выпало дел, дорогая! Как ты там справляешься со всей оравой – трудно представить.
Мамочка, я прошу тебя, хоть не волнуйся за меня. У меня все хорошо. Дело простое, солдатское – воюем. Стараемся поскорее добить фашистов. Когда окончится война и мы соберемся все вместе, я расскажу тебе о себе много-много, как я здесь жил, как мы воевали.
Ты все пишешь мне, чтобы я был осторожнее. Я прошу простить, мама, но это невозможно. Я командир. А с кого же будут брать пример солдаты, если их командир в бою начнет думать не о том, как бы выиграть бой, а как бы спасти свою шкуру. Ты, мама, понимаешь, что я не могу этого делать, хотя, конечно, очень хотел бы пройти всю войну и остаться живым, чтобы снова вернуться в родной город, встретиться со всеми с вами.
Целую.
Саша.
Милая моя, родная мамуля! Сбылась мечта солдата, сбылась мечта нашего народа. Пришли мы, носители священной мести, в Берлин. Я была у рейхстага. Шагала по Вильгельмштрассе, мои ноги шагали по Фридрихштрассе. Я пришла с моими товарищами из Москвы, из наших домов, пришла потому, что гнала врага. Гнала вперед до самого его проклятого логова.
Мамуля, Берлин ничего особенного не представляет. Это большой европейский город. Сам он не очень большой, но масса пригородов, поэтому огромен. Союзники поработали отменно, немцам памятна будет эта война: нет ни одного дома без отметки войны. Вот мои первые впечатления о Берлине: света нет, воды нет, на Фридрихштрассе группа немцев с острыми инструментами (ножами, топорами) возилась над трупом лошади, дети подбегали к нашей машине и просили хлеба, толпы очередей у продовольственных магазинов, многие жители жалуются, что нет крова. Вот оно пришло, возмездие!
Конечно, мы не убиваем женщин и кормим немецких детей. Они с посудинками обступают наши кухни (походные). Но пусть все это отучит немцев воевать. Их города все в белых флагах. Сами они одели белые повязки. Я разговариваю много (уже сделала успехи в языке) с ними, объясняю политику нашего государства к лояльным немцам. Многие немцы льют слезы (плачут немецкие матери) и жалуются мне на смерть их сыновей. И я им всегда объясняю, что их сыновья несли смерть моей Родине, моей матери, и я поэтому с моими товарищами пришла в их города…
… Мамуся, моя единственная, береги себя! Свет жизни моей, все перенесено ради тебя. Я знаю, что теперь наша Москва стала светлой и ничто не угрожает тебе, моя родная, и в этом есть и моя доля труда. Теперь мне очень хочется домой! Как мне хочется к тебе!…
Люба Земская героически погибла в бою в январе 1942 года.
Леонид Андреевич Силин расстрелян 7 марта 1942 года, но перед этим смог передать свое последнее письмо, адресованное семье, и окровавленный платок. Оставляя эти вещи, он сказал толпе: «Передайте это на память моим сыновьям!»
Нина Андреевна Онилова при обороне Севастополя была смертельно ранена и вскоре скончалась 8 марта 1942 года.
Елена Константиновна Степковская в августе 1942 года была захвачена в плен, подвергалась мученическим пыткам: ее били, вырывали волосы. В конечном итоге ей отрубили руки, вырезали груди и обливающуюся кровью стали таскать по улице. После этого Елену застрелили.
Вера Захаровна Хоружая в ноябре 1942 года была поймана гестапо. После допроса врага, окровавленная Вера выкрикнула: «Да здравствует Родина!». После этого ее никто не видел. Как расправились с ней фашисты, до сих пор не установлено.
Дмитрий Андрианович Петраков пал смертью храбрых летом в 1943 году.
Катя Сусанина покончила жизнь самоубийством в 1943 году. На другой стороне ее письма было написано: «Дорогие дяденька или тетенька, кто найдет это спрятанное от немцев письмо, умоляю вас, опустите сразу в почтовый ящик. Мой труп уже будет висеть на веревке» Но, к сожалению, письмо так и не дошло до адресата.
Олимпиада Карпова умерла от тяжелой болезни в 1944 году, не дожив до окончания войны 4 месяца.
