Я увлекся происходящим, хотя люди вокруг меня были всего лишь моделями, а корабли и планеты – имитацией. Но я отбросил эти мысли, чувствуя, как бьется мое сердце, и снова задавая себе вопрос: каков боевой опыт Менделя Лемара, и будет ли он на мостике, когда через несколько недель «Кудасай» взлетит на воздух? Я думал о таинственном экипаже Сима, состоящем из бродяг и сорвиголов, находящемся сейчас на борту «Корсариуса».
Семерка.
Даже зная, чем кончится сражение, я все равно был захвачен разыгрывающейся трагедией.
Эскадра из десяти фрегатов и четырех эсминцев начала бой с передовыми силами противника, полагаясь на относительное превосходство своего вооружения в противовес численному превосходству ашиуров. Вражеские корабли располагались слишком близко друг к другу, поэтому они более осторожно использовали свои орудия: ни один из их капитанов не хотел, чтобы его обвинили в нанесении ущерба дружественному кораблю. Как и у Хринвара, снаряды деллакондцев легко находили цель.
Внезапно два эсминца исчезли с экранов, а потом, один за другим, два фрегата.
Я ожидал отступления, но герои держались. Семнадцать минут они носились среди кораблей «немых», и когда наконец прозвучал сигнал к отходу, только пять кораблей прорвалось обратно. Они помчались к Эбонаю, путь к которому, благодаря точному расчету и некоторой доле везения, лежал через газопылевую оболочку Баркандрика.
Тучи эсминцев и фрегатов ринулись вдогонку.
По направлению к нам.
Один из крейсеров (по-видимому, у него заклинило рули) так и не вышел из разворота и, описав гигантскую дугу, покинул поле боя.
Я знал, что должно произойти: Эбонай падет, и деллакондцы перестанут существовать как боевая сила, но ашиуры заплатят за победу дорогой ценой. Гибель Кристофера Сима сметет нейтралистов на многих планетах. В результате после Ригеля родится современная Конфедерация, и первым ее шагом станет создание союзного флота, который в течение года прогонит ашиуров и вытеснит их из Рукава за Периметр, туда, откуда они пришли.
«Кудасай» просуществует еще несколько недель, ровно столько, чтобы стать свидетелем вторжения. У Аркадии он погибнет, сражаясь бок о бок с первыми подразделениями землян, и унесет с собой Тариена Сима.
Экипаж «Кудасая» приготовился к бою. Лучевые пушки переведены в боевой режим, люки задраены, энергосистемы работают на максимуме. Интерком чуть ли не лопался от рапортов боевых постов, из которых я разбирал едва ли половину.
Лемар пристегнулся к командирскому креслу и посмотрел на Сима, все еще стоявшего возле иллюминатора.
– Вам лучше занять свое место, сэр, – мягко предложил капитан.
Глаза Тариена скрывал капюшон, но он прикоснулся к клавише переговорного устройства на подлокотнике своего кресла и взглянул на капитана. Тот кивнул, и Сим заговорил:
– Говорит Тариен Сим. Знайте, я горжусь тем, что я с вами. Как считают многие, от нас зависит будущее, и если это так, то оно не могло бы попасть в более надежные руки. Благослови вас Бог.
Рядом с нами из космической пыли бесшумно выплыл «Корсариус».
Чей-то голос отсчитывал дальность.
С такого расстояния Ригель был почти не виден. Газ и пыль, сквозь которые мы проплывали, освещались светом Баркандрика.
«В реальном бою, – произнес комментатор, – промежуток времени между началом отступления и появлением в поле зрения „Кудасая“ деллакондцев составил несколько часов. Мы слегка сжали события. Если вы посмотрите на инфракрасный монитор, то увидите несколько звездочек, которые быстро увеличиваются в размерах. Наши корабли уже совсем близко».
Почти сразу же один из них взорвался.
«После этого боя уцелеют только семь боевых кораблей. Вопреки распространенному мнению, Сим допустил у Ригеля несколько ошибок, как в планировании, так и в ведении боя. Раньше он никогда не вступал в непосредственное соприкосновение с превосходящими силами противника. В этой войне его единственным преимуществом была тактика “бей и беги”. Каждый раз, когда вражеские корабли выходили из гиперпространства, Сим уже ждал их. Обычно он приканчивал пару жертв, а потом сразу отступал, пока экипажи ашиуров не пришли в себя после потери ориентации, вызванной прыжком.
У Ригеля Сим не имел возможности выбирать. К тому же, до сих пор у него не было боевого корабля, обладавшего такой огневой мощью, как “Кудасай”. Вероятно, соблазн проверить крейсер в бою оказался слишком велик.
К настоящему моменту он и его союзники уже три года терпели поражения. Мы уже упоминали ранее о символическом значении Эбоная как последней планеты Конфедерации. К счастью, ашиуры не разделяют земных взглядов, поэтому они не поняли значения предстоящего сражения. В противном случае они бы явились сюда со всеми своими силами. Вместо этого они поспешно собрали и послали к Ригелю всего пару эскадр».
Низкое гудение генераторов, подающих энергию на двигатели и орудия, продолжало нарастать.
– Значит, Сим поставил все на одну карту.
«Да».
– И проиграл.
«Только свою жизнь».
Да, войну он выиграл, но насколько это утешительно лично для него?
Активность на мостике нарастала. По команде Лемара мы начали движение.
