Она кивнула. И некоторое время они молча сидели на огромном валуне, взявшись за руки. Нахлынувшие чувства мешали им говорить. Прижавшись друг к другу, они слушали, как бьются их сердца.
Вдруг воздух неподалеку от них задрожал, послышался странный треск, а затем на фоне зеленой листвы появилось яркое мерцание. Через мгновенье оно рассыпалось мириадами сверкающих бликов, являя изумленным взорам застывшую в толще воздуха женскую фигуру, облаченную в наряд из пузырьков воды и переливающиеся на солнце водопады, в которых плавали крошечные рыбки и кружились ракушки.
– Какая грусть и тоска в ваших сердцах, – проговорила странная женщина, обращаясь к Джильслану и Ишбель. – Слишком сильны ваши чувства, коль услышала я их. И не могу я оставаться безучастной.
– Простите, но, позвольте узнать, кто вы? – осторожно поинтересовался Джильслан.
– Меня величают богиней Водной Стихии, – ответила она, спускаясь по невидимым воздушным ступеням. – Я поддерживаю равновесие природного порядка рука об руку с богами других стихий: огня, воздуха и земли. Я явилась на громкий зов ваших любящих сердец. Я знаю, что вам пришлось против воли отринуть совместное счастье из-за воздвигнутого между вами извечного барьера. Я вижу, что любовь ваша после долгой разлуки стала лишь крепче. Я думаю, что всё должно было быть иначе – вы должны были обрести друг друга раньше, но я не решалась вмешиваться в вашу судьбу, ошибочно полагая, что ваша боль утихнет. Но и сейчас еще не поздно всё исправить, – тут богиня Водной Стихии внимательно посмотрела на Ишбель и проговорила: – Во имя любви я готова принять исключительное участие в вашей судьбе и вложить силы в поистине сверхбожественное усилие, если вы хотите этого. Я готова освободить эту озерную деву от вечных обязанностей хранительницы озера и превратить ее в человека.
Сердце Ишбель при этих словах учащенно забилось, ее ладонь крепко сжала руку Джильслана, а взгляд, полный светлой надежды, устремился в самую его душу. И встретив лишь бесконечную радость и такую же надежду в его взоре, она повернулась к богине воды и отрывисто проговорила:
– Я бы отдала всё на свете, чтобы стать человеком и перешагнуть через все барьеры, воздвигнутые на пути к счастью.
– А ты? – богиня вопросительно взглянула в испещренное морщинами лицо Джильслана. – Хочешь ли ты этого?
– Я безумно люблю эту женщину, сердце мое отдано только ей, но выход найден слишком поздно. Я стал слишком стар и, боюсь, такая старая развалина, как я, будет просто нелепо смотреться подле такой юной красоты.
– Но я люблю тебя, – возразила вдруг Ишбель, ласково беря его лицо в ладони. – Для меня ты всегда будешь молодым. Нам предлагают исключительный шанс по-настоящему обрести друг друга. Джильслан, ты мне вовсе не противен, ты очень дорог моему сердцу.
– Ты действительно хочешь этого, Ишбель? Ради меня ты согласна стать обычной смертной женщиной, позволив времени год от года красть твою красоту?
– Да, я хочу этого, – твердо произнесла девушка.
– Госпожа, вы, в самом деле, готовы сделать это для нас? – с тихим благодушием спросил Джильслан у богини, терпеливо ожидавшей их окончательного решения.
– Разумеется, – она улыбнулась.
– А что станет с озером? – обеспокоенно спросила Ишбель.
– За озеро не волнуйся. Я назначу другу хранительницу на твою должность. Так каким же будет ваш ответ?
– Да! – единым духом выпалили Ишбель и Джильслан.
Богиня Стихии Воды спустилась на землю и протянула руку озерной девушке, которая тут же подала той свою ладонь. Богиня прикрыла глаза и застыла, обращаясь к неиссякаемому источнику своего божественного могущества. Всё тело Ишбель окутало ослепляющее сияние; Джильслан даже зажмурился от этого невыносимо яркого света.
Вскоре всё закончилось; богиня отступила от девушки и улыбнулась, давая понять, что обещание выполнено.
Ишбель дотронулась пальцами до шеи – каково же было её удивление, когда она не обнаружила на коже привычных жабр! Ее кожа приобрела теплый персиковый оттенок и стала теплой, как луч весеннего солнца. Волосы по-прежнему имели зеленоватый оттенок, однако это лишь придавало ей необыкновенное обаяние. Она широко улыбалась, до сих пор не веря в неожиданно свалившееся счастье.
– Я благодарю вас! – она склонилась в глубоком поклоне перед богиней. – Вы сделали мне самый лучший подарок! Спасибо!
– У меня остался еще один подарок, на сей раз для, – она взглянула на Джильслана, – тебя. Подойди ко мне.
Он послушно встал перед богиней, чувствуя бесконечную благодарность за то, что она вернула ему возлюбленную.
Богиня Воды накрыла его лицо обеими ладонями, вновь призывая данные ей силы. Джильслан ощущал легкое покалывание в коже и чувствовал, как все его тело наполняется бодростью. Через несколько мгновений богиня отступила от него со словами:
– Надеюсь, ты не возражаешь, что я отняла у тебя четыре десятка лет?
– Джильслан коснулся своего лица – оно вновь было гладким и молодым. Ишбель бросилась в его объятия и заплакала от невыразимого счастья.
