Тут Джильслан почувствовал, как гнев вскипел в нем с лютой силой; его рука закружила меч над головой, а затем сам он ринулся в атаку. Враг Джильслана, тот, что говорил с ним, толкнул девушку в руки к своему товарищу и отбил яростный удар. Завязалась яростная схватка. Джильслан впал в боевое бешенство, и с выражением решимости на лице он выплескивал гнев в удары. Второй варвар и Ишбель, зажатая в его крепких руках, следили за ходом поединка, затаив дыхание.
– Осторожно! – вдруг закричала девушка, заметив, что противник Джильслана собирается прибегнуть к обманному маневру.
Но Джильслан вовремя отреагировал, распознав ухищрение. Какое-то время они просто кружили по поляне, не отводя друг от друга острого взгляда, пытаясь угадать действия другого. А затем снова закипел беспорядочный бой. Когда Джильслану показалось, что победа уже в его руках, он невольно оглянулся на Ишбель, чтобы убедиться, что она не пострадала. И противник Джильслана немедленно воспользовался представившимся удобным случаем: он тяжелым ударом отбросил Джильслана на землю, и тот едва успел увернуться от вражеского меча – острие клинка оставило лишь легкий кровавый след на его незащищенном боку. И последним, что слышал Джильслан, был отчаянный вопль Ишбель. Прежде чем потерять сознание, он увидел краем глаза, как варвары оглушили озерную деву и водрузили свою ценную ношу на лошадь.
Джильслан очнулся через несколько минут и сразу вскочил на ноги, не обращая внимания на острую боль, и стал озираться вокруг. Благо, что он еще успел увидеть, в каком направлении скрылись похитители. И преисполненный непоколебимой решимости спасти свою возлюбленную, воин вскочил на своего коня и устремился вослед захватчикам.
После непродолжительной сумасшедшей погони Джильслан увидел удаляющиеся фигуры своих врагов; те тоже заметили преследование, и, наверное, успели сотню раз пожалеть, что не убили Джильслана тогда на берегу. Лошади варваров были сильными и выносливыми, но конь Джильслана, хоть и смертельно усталый, не подвел своего седока – вскоре Джильслан поравнялся с врагами. Мечом он их достать никак не мог, и тут он вдруг вспомнил о своем магическом даре. Только вот беда: он не знал, как пустить в ход эту волшебную силу. Но в следующий миг взгляд его задержался на бесчувственной девушке, связанной по рукам и ногам; ее голова со спутанными волосами бессильно моталась из стороны в сторону. Это ужасное зрелище и помогло магической энергии Джильслана выплеснуться наружу. Он почувствовал, как нагрелись его ладони, и невольно выпустил поводья. Он с удивлением обнаружил, что из его рук вырывается голубоватый свет и, поддавшись магическому инстинкту, направил свои источающие силу длани на врагов. В следующий миг Джильслан почувствовал, как по его телу прокатилась мощная волна энергии, опрокинувшая его с седла. Воин упал навзничь, захлестнутый магическими потоками, но выпущенный им заряд злой, лютой силы все же настиг обоих варваров, испепелив их в одно мгновенье. Джильслан медленно поднялся на ноги и, отстраняя глубокое потрясение, бросился к Ишбель, которую тоже отбросило в сторону мощной волной. Но она, к счастью, не пострадала, ведь Джильслан метил только в варваров. Он высвободил ее из пут и заглянул в ее бледное лицо.
– Ишбель, любимая моя,,, – прошептал воин, прижимая ее к своей груди. – Прости меня, я подоспел слишком поздно…
Вдруг ресницы ее задрожали, и она медленно открыла глаза. При виде Джильслана улыбка тронула ее губы, и она тихо прошептала:
– Ты вернулся… Зачем?
– Я предвидел то, что случится с тобой. Но я не сумел предотвратить беду.
– Почему же не смог? – удивилась она и снова слабо улыбнулась ему. – Ты только что спас меня, мой герой.
Джильслан оглянулся на горстки пепла, оставшиеся от варварских воинов и его лицо искривилось. Он до сих пор не мог поверить, что в нем доселе была сокрыта такая неимоверная сила, которая способна живых людей в единый миг превратить в ничто.
– Ты в порядке? – заботливо спросил он.
– Я рада, что смогла увидеть тебя… – тихо прошептала Ишбель и тяжело вздохнула.
С каждой минутой ей становилось труднее дышать, жабры беспомощно трепетали, втягивая сухой воздух. Джильслан понял, что ее нужно немедленно доставить к озеру, иначе она умрет. Он бережно поднял обессиленную девушку и осторожно усадил перед собой на лошадь одного из убитых варваров; его собственный конь был не способен выдержать обратный путь.
Воин гнал коня изо всех сил, надеясь, что успеет вырвать возлюбленную из когтей смерти. Но на середине пути Ишбель потеряла сознание, ее дыхания уже почти не было слышно. Джильслан ласково прижимал ее хрупкое тело к себе, окутывая своей неизмеримой любовью, и моля всех богов дать ей шанс выжить.
