Побеседовав еще немного с командиром, Анна вернулась в дом и направила свои глаза на убийцу, не зная, что сказать. В нем она не видела ни капли сожаления о своем поступке, отчего ей становилось страшно.
— Уходим! — приказал он, надевая на себя серебряные доспехи.
Скрыв свое лицо, вампир схватил девушку за руку и направился к двери, но та, резким движением одернула руку, не желая с ним идти.
— Пошли! — снова схватив ее, сказал он.
Но Анна повторила свое упрямство.
— В чем дело?! — спросил Джон.
Ответа от нее он не дождался. Долго и сердито смотря на убийцу, Анна стояла на месте. Осмотрев его осуждающим взглядом, она, наконец, вышла на улицу и быстрым шагом направилась к конюшне. Ничего не понимая, Джон последовал вслед за ней, избегая встреч лицом к лицу с воинами. Эдмунд в этот раз остался в Веденторе.
Оседлав лошадей, вампир и девушка вышли за ворота, но, не успев двинуться в лес, их остановил Долан. Мужчина спешно подошел к Анне и стал расспрашивать, куда она направилась.
— Может, удастся поймать дичь, — говорила она.
Стоя около нее в обычной рубахе и без каких-либо доспехов, мужчина обратил внимание на всадника, что сидел на черном жеребце. Лица он не видел, но глаза незнакомого воина ему показались знакомыми. Джон также не спускал с него своего взгляда, одернув Демона, вампир подступил ближе к командиру, испытывая ненависть к старому знакомому.
Заметив плохие намерения вампира, Анна отвлекла мужчину.
— Я скоро вернусь!
— Хорошо. Я приставлю к тебе еще одного всадника, так я буду спокоен, — произнес Долан, снова взглянув на Джона, который, словно голодный зверь поедал его своими глазами.
— Не нужно! — перебила его девушка, — Эдриан хороший воин. Далеко мы не уйдем, обещаю! — сказала девушка, указав на Джона.
— Ты уверенна? — спросил командир.
— Да, — ответила Анна и, ударив лошадь, помчалась через поле.
Вампир же, намеренно обойдя Долана со всех сторон, осмотрел его, после чего отправился вслед за девушкой.
Преодолев несколько километров, Анна остановилась.
— Что такое? — также притормозил Джон.
Но она не желала говорить с ним, ее брови были нахмурены, а глаза переполнялись ненавистью и злостью. Тогда, не смотря на ее поведение, вампир слез с коня и принялся снимать с себя серебро, которое обладало мерзким человеческим запахом.
— Ты убил их! — наконец сказала она.
Откинув в сторону шлем, вампир устремил свой взор на нее.
— И что? На полсотни ублюдков стало меньше! — без сожаления, сказал он.
— Ты явился в мой дом и совершил массовое убийство! Кто тебе дал на это право!
— Я дал себе на это право! Они люди, а я ненавижу людей!
После чего Анна, спрыгнув на землю, подошла к вампиру.
— Я тоже человек. Почему я все еще жива?!
— Ты не такая, как эти мерзкие твари.
— Я такая же! Я человек! Мои родители-люди, их родители были людьми, мои дети будут людьми! Я — такая же! Зачем я тебе? Зачем?! — кричала она, толкая его в грудь.
— Да что ты так реагируешь, ты даже не знала этих убитых, они семьей тебе не были!
— Они были для меня семьей! Все люди, живущие в городе — одна большая семья! Я знала этих мужчин! — говорила она, перечисляя имена погибших.
Ее слова ввели его в ступор. Слушая имена убитых, Джон молчал, не зная, что ответить.
— Ты принес их семьям горе и боль!
— Я не тронул ни детей, ни женщин, — гордо сказал он.
— Ты ранил их!
— Не правда!
— Ты ранил их в сердце! Ты отнял любимых мужей, прекрасных отцов и сильных воинов! Когда погибает один человек, любящие его люди также теряют частичку своей жизни. Ты убил не полсотни людей, ты убил больше прошлой ночью!
Джон молчал, в нем не было злости или сострадания, он просто молчал, глядя в голубые глаза Анны.
— Вчера я подумала, что ты другой…мне показалось, что… — произнесла она, но опустив глаза, замолчала.
Посреди деревьев, стоя в тишине, вампир смотрел на девушку, обеспокоенно раздирая кожаный пояс, на котором держалось оружие.
— Пошли! — наконец сказал он, приказав ей оседлать лошадь.
Бегом они быстро добрались до белых скал, где обитали саблезубые синие тигры. Анна не хотела подниматься снова к опасным хищникам, но спустя недолгое время Джон уговорил ее пойти. Пройдя мимо животных с опущенной головой, они оказались на самом верху, откуда можно было увидеть Ведентор. Небольшой ветерок колыхал взъерошенные волосы вампира, отчего он постоянно убирал их от своего лица.
Присев на краю, он пригласил девушку, положив руку на то место, куда она должна была сесть. Послушно исполнив его приказ, она, задрав длинное платье кверху, расположилась рядом. Джон поднял голову и, взглянув на яркое солнце, достал из своего кармана тряпку. Он протянул портрет Анне.
— Я могу забрать? — спросила она.
— Нет. Ты спросила меня вчера, откуда это у меня.
— И откуда же? — взглянув ему в глаза, произнесла она.
После чего он убрал вещь обратно.
— Я не соврал, сказав, что нашел его. Следуя по следам отряда, я наткнулся на реку, в которой и подобрал твой портрет. Потом я встретил Эдмунда и привел его к тебе. Когда ты впервые увидела его, я узнал тебя и хотел…
— Хотел что?
— Хотел… не знаю… — отведя свой взгляд от нее, говорил он.
