– И не мечтай, я не позволю тебе умереть мучеником. Падчерица выслала мне подробный отчет о первой победе над уроборосом. Отчет, с которым ознакомился весь кабинет министров, потому что этой идиотке хватило ума передать его через моего секретаря! Да к тому же куратор, этот болван Бюрлен-Дукк, растрепал в сети, что вы на пороге создания доступного лекарства. Каково, а?! Зараженное отребье повалило в города, резервации бунтуют, а я не могу убить одну синтетическую гадюку, что запускает язык в мои бумаги!
– Препарат был бы уже готов, если бы мне дали возможность использовать архив.
– Предлагаешь мне нанять козла прополоть капусту? Ты в своем уме? Бритц!
Начальник службы безопасности скользнул вперед и замер.
– Как он вообще проник в хранилище? На чем попался?
– На ловушке для роботов.
– Это там, где милый ребенок преподает законы робототехники? Значит, подлец один приплыл. Как же это он сохранил голову, позволь спросить?
– Каким-то чудом. – бесцветный голос не допускал сомнений. Ну, чудо и чудо.
Советник вернулся к андроиду, светясь, как тритиевый брелок.
– Видишь, робот, ты можешь умничать и язвить сколько угодно, но твоя суть от этого не меняется. Ты – обычная машина. Безвольная, безответственная! И поэтому обязана подчиняться человеку. И если я не могу убить тебя – пока еще не могу – это не значит, что я раз и навсегда не выжгу из тебя шпионские баги.
Харген кивнул своим и полез во внутренний карман. Телохранитель ударил Эйдена сзади по ногам и силой поставил на колени. Андроид, конечно, попробовал не поддаться, но подоспел и второй верзила. Этим двоим, чьи лапищи дружелюбно лежали у него на плечах, было трудно возражать. Тем более в наручниках. Тем более, когда в закоулках Браны теперь каталось больше его крови, чем в нем самом.
В руке Зури возник миниатюрный лазер. Мелкокалиберный «Рейморт». Местные чиновники носили такие для самообороны.
– Робомедики донесли о твоем уникальном зрении, но не углядели в нем угрозы. И вот – ты прошел затопленные лабиринты, недоступные человеку. Но вряд ли ты повторишь свой успех, потому что я намерен лишить тебя этих преимуществ.
Он шагнул к пленнику, схватил за волосы и запрокинул его голову вверх. Эйден дышал спокойно. Машина – значит, машина. Договорились. Он смотрел на советника с мыслью о том, что искаженное серое лицо – последнее, что он увидит перед тем, как ослепнет. Но эти импульсивные действия и вся ненависть Харгена слишком красноречиво давали понять: Империя как минимум победила в войне за сектор. И значит, это все-таки был хороший день! Андроид даже улыбнулся бы, если бы не пришлось крепко сжать зубы, потому что советник направил красный луч в его левый глаз. Белая вспышка, слезы, амальгама и темнота. Сильную боль он чувствовал только в первые секунды: под тонким слоем живой ткани глаз был механическим. Хотелось напоследок бросить взгляд на что-то прекрасное, но в проклятом небе над Браной не было звезд.
Под воздействием луча металл плавился и растекался по виску и щеке, и Харген все не мог ею насытиться.
– Советник! – ого, кто-то рискнул жизнью. – Вы так повредите его мозг. Одно неосторожное движение, и он не сможет закончить работу над препаратом.
Бритц. Он стоял рядом с Харгеном, за спиной вился белый дымок и были распахнуты все четыре крыла. Эзеры выпускали крылья без полного превращения, когда нервничали. Зная Кайнорта и его дохлый характер, Эйден готов был поклясться, что эзер в бешенстве. Харген отпустил голову пленника и отступил назад, оправляясь. Ему не дали закончить, но возможностей еще случится предостаточно.
– Не жалеешь, что затеял идти против меня, андроид?
– Нет, Харген. Я жалею, что мы с тобой состоим из одних и тех же атомов.
Честно говоря, Эйден уже еле ворочал языком и не падал только благодаря двум охранникам.
Зури и сам вымотался за долгий, бесполезный день. Он проигнорировал дерзость и дал знак охране. Роботы толкнули пленника наземь, и он второй раз за вечер оказался лицом в пыли.
Оттуда было особенно приятно наблюдать, как распекали Бритца.
– Эта вылазка – полностью твой недосмотр, эзер. – Харген ткнул ему в грудь рукояткой «Рейморта». – Если через три дня препарат не будет готов, то вместе с остатками Железного Аспида я вышлю канцлеру риз Авиру тебя!
Кайнорт втянул крылья и сухо кивнул.
– Я понял, господин Зури. Могу я забрать пленника, чтобы доставить обратно в лабораторию?
Харген раздраженно дернул щекой, отвернулся и пошел к своему кортежу. Охрана последовала за ним.
– Проверь и переустанови свою бездарную систему безопасности, Бритц. – процедил он напоследок, не оборачиваясь.
